На Одесской улице есть бронзовый памятник старому фонарщику (ск. Б. М. Сергеев и О. Н. Панкратов), который установили в мае 1998 г. у дома, в котором располагалась лаборатория изобретателя электрической лампы А. Н. Лодыгина. В июле 1783 г. здесь проведены первые опыты электрического освещения улицы. Опыты оказались успешными, и петербургские фонарщики в результате остались без работы. Поэтому горожане часто называют памятник фонарщику памятником жертвам технического прогресса.
К 1725 г. застройка вдоль Большой першпективной дороги имелась только с южной стороны, от нынешней Малой Морской улицы до реки Мьи – это строения Малой и Большой Морских слобод. Память о них до сих пор сохраняется в названиях Большой Морской и Малой Морской улиц. Около моста через Мью в 1720 г. по проекту архитектора Г. И. Матарнови построили Гостиный (Мытный) двор.
Сам Г. И. Маттарнови закончить работу не успел – умер. В 1719 г. Гостиный двор достраивал уже архитектор Н. Ф. Гербель. Помимо завершения строительства Гостиного двора Н. Ф. Гербелю поручили упорядочить застройку Морских слобод, проложить в слободах новые улицы.
Первоначально здесь торговали только съестными припасами и брали пошлину с доставляемых в город товаров – «мыт». Поэтому здание называлось Мытным двором. Но постепенно ассортимент товаров увеличивался, а количество купеческих («гостевых») лавок росло, и Мытный двор горожане стали именовать Гостиным.
Гостиный двор представлял собой квадратное в плане двухэтажное мазанковое строение. Внутри был большой двор, а над въездом имелась башня с часами, украшенная шпилем. За ним по берегу Мьи, до нынешнего Кирпичного переулка, шли мясные и рыбные ряды.
На углу Малой Морской улицы и Кирпичного переулка стоял небольшой двухэтажный дом подворья Александро-Невского монастыря – «Невское подворье». В нем находилась резиденция архимандрита монастыря. Сейчас на этом месте находится угловая часть дома № 11.
На другой стороне Большой першпективной дороги (на месте нынешнего дома № 18) стоял дом петровского вице-адмирала К. И. Крюйса, построенный в 1705 г. Ближе к Адмиралтейству находился известный тогда трактир «Петровское кружало». За домом К. И. Крюйса до 1720 г. располагался Морской рынок с дровяными, сенными и съестными рядами. Затем, в целях пожарной безопасности (рядом находились адмиралтейские верфи), его перевели на территорию Гостиного двора, построенного по проекту Г. И. Маттарнови у моста через Мойку. Еще далее, за Морским рынком, вдоль реки Мьи тянулись дома Немецкой слободы.
Немецкой слободу называли позже, первоначально в ней было предписано селиться иностранцам, принятым на морскую службу – «немцам». Здесь же специально построили за счет казны дома для иностранных офицеров, нанятых во время «Великого посольства» на службу в строящемся русском флоте. Правда, как потом выяснилось, многие из этих «иностранцев» по своему происхождению оказались русскими или малороссами, служившими иностранным государям. Иначе Немецкую слободу еще называли «Финские шхеры», так как здесь жило много финнов и перешедших на русскую службу пленных шведов.
На плане 1714 г. слобода насчитывала уже около семидесяти домов, поставленных в две линии. В первой линии стояли дома каменные, а во второй – деревянные. В те годы здесь жили многие видные люди того времени – генерал-майор Г. П. Чернышев, дипломат С. Л. Рагузинский-Владиславович и др.
Пространство между Адмиралтейством, Немецкой и Морской слободами долгое время оставалось незастроенным и называлось Адмиралтейским лугом. Ведь адмиралтейские верфи являлись не только местом, где строили корабли, но и крепостью. Они были окружены облицованным камнем земляным валом со рвом, вооружены пушками, стоявшими на площадках шести бастионов, и представляли собой главный левобережный узел системы обороны города. А по законам фортификации перед крепостными укреплениями всегда оставлялась широкая полоса пустой земли. Это не позволяло нападающим приблизиться незаметно, а защитникам облегчало ведение прицельного огня.
С северной стороны першпективы, за рекой Мьей ранее находилось обширное шведское имение «Перузина». В его северо-восточной части располагалось болото, из которого брали свое начало реки Мья (Мойка), Кривуша и Глухой проток. Для осушения этого болота в 1710–1711 гг. выполнили работы по соединению реки Мьи с Безымянным Ериком (Фонтанкой).
