был ухоженный такой, чистенький, одеяльце теплое, чтоб не замерз. Какое же тут отчаяние?!
Все продумано, — возмущается пожилая женщина и добавляет: — Как он там, мальчик наш?!
Всем подъездом за него переживаем...
Пока у подкидыша есть только бутылочка и несколько костюмчиков, подаренных
студентами-аспирантами. В палате он самый младший. Годовалая Соня — старшая. Хнычет
— сегодня внимание не ей.
— Эта палата никогда не пустует, — говорит завотделением больницы.
Сегодня тут пятеро малышей. Кроме подкидыша, просто брошенные и ненужные. Самый
распространенный сценарий, рассказывают медики, — уезжающие на заработки мамы просят
присмотреть за детьми соседей. Чужая игрушка быстро надоедает...
— Малыш тут надолго, — вздыхает нянечка. — Таким вообще документы оформить очень
трудно.
Дети живут в клиниках годами. Персонал надеется, что на этот раз мама просто была в
отчаянии, пройдет пару дней, она одумается и вернется...
— Лучше бы она год рождения ребенка написала, — психует капитан милиции. Его записка
не растрогала. Оперативники обязаны разыскивать таких матерей, причем не для того, чтобы
наказать, а для того, чтобы упросить оформить отказ от ребенка. Иначе брошенного малыша
никто не сможет усыновить. Таков закон.
Персонал больницы собирается назвать мальчика Колей, в честь Николая-Чудотворца, объясняет медсестра. Маленькая иконка с ликом этого святого была в пакетике рядом с
ребенком. Она и сейчас лежит в кроватке рядом с малышом.
Другому, однодневному ребенку уже дали имя в неонатальном центре. Табличка над
кювезом (пластиковая люлька для новорожденных) — Баринов Виктор Александрович. Герой
любимого сериала, признаются сотрудницы центра. Новорожденного нашел прохожий, сверток с младенцем лежал под дворовым гаражом. Пуповину, рассказывают врачи, перерезали в домашних условиях. Мальчик здоров.
Как ни парадоксально, судьба детей все еще в руках матерей. Если они вернутся и хотя бы
оформят официальный отказ (записка не считается), малышей усыновят очень быстро.
Здоровые младенцы, извините за цинизм, пользуются спросом. Если нет, дети сначала будут
жить в больницах, потом — детдомах и интернатах…
НЕ ТУ СТРАНУ НАЗВАЛИ ГОНДУРАСОМ! (Путешествие из Украины в Беларусь)
Неделю назад мою восьмилетнюю дочь выписали из больницы. «Если есть возможность, —
строго рекомендовала доктор, — повезите ребенка на природу, желательно лес, лучше
хвойный». Девочка перенесла менингит, не в тяжелой форме, но все-таки. Купаться в
водоемах — нежелательно, качели-карусели — запрещены, солнечные лучи — как можно
меньше. Мы с мамой разом вспомнили любимую Оршу. Идеальный вариант! Созвонились с
родственниками (со времен Беловежской Пущи мы только созванивались, съездить не могли
себе позволить ни мы, ни они).
— УРА! УРА! — заверещал детский голос на том конце трубки. — Я познакомлюсь со своей
троюродной сестричкой!
— А ведь действительно здорово, — радовалась моя мама, протирая пыль с чемодана, —
вот не было б несчастья, так бы и не решились съездить к родным.
Несколько дней мы посвятили выбору гостинцев.
— Ой, а колбаса у них есть? А может быть, с постельным бельем напряженка? Сыр?
Конфеты?
Моя мама человек того поколения, и категории «дефицит», «а вдруг» и «на всякий случай»
