Я ревности не знала никогда,Хоть поводов всегда с избытком было.Не ревновала. Значит — не любила?Не знаю. Слишком уж была горда.Так презирала тех, кто ревновал,Так холодно плечами пожимала.Сама себя считала идеалом…Как снег весной растаял идеал!Все понимаю. Но темно в глазах,Но сердце так болит невыносимо,И дрожь в руках, и горечь на губах…Я и в бреду такого не просила!Все доводы рассудка — пепел, прах.Ревную. Так, что и дышать не в силах.1Я ревности не знала никогда.И лучше бы до смерти не узнала!Не знаю, кто ты: счастье иль беда,Но знаю твердо: ты всему начало.Та вспышка… Озаренье? Слепота?Паденье в бездну или вознесенье?Преддверие Голгофы? Воскресенье?Божественная истина? Тщета?Вопросы остаются без ответа.Да и откуда ждать ответа, милый?Малейший луч ловя и отблеск света,Живу, пока дышать хватает силы.И не стремлюсь расстаться с жизнью этой,Хоть поводов всегда с избытком было.2Хоть поводов всегда с избытком былоЛить слезы, руки в гор заломить,Везде искать — и находить! — могилы…Придумывать любовь, но не любить.Мой мальчик… И не мальчик, и не мой.Порою нежный, так порой жестокий.У сердца сердце — все равно далекий,Ничей, свободный, вечно только свой.Венок сонетов… Два давным-давноЯ Принцу не дарила — посвятила,Но в жизни я ценила лишь одно:Мои стихи. А кто кому был милым,Мне было абсолютно все равно.Не ревновала. Значит — не любила?3Не ревновала. Значит — не любила?Бывает ли без ревности любовь?Ну вот, пошли банальности, мой милый,Осталось только выбрать рифмой «кровь».Нет, я себя считала все же старше.Опять венок сонетов, боже мой!Опять — мечты. Все точно так, как раньше,Я только не была — тогда — седой.Ах, что хитрить! Я до сих пор игралаВ любовь, страданья… В общем, ерунда.О, если б можно было все сначалаНачать. И повстречать тебя — тогда.Иль право я на счастье потеряла?Не знаю. Слишком уж была горда.4Не знаю. Слишком уж была гордаЯ там, где и гордиться было нечем.До мелочей продуманные встречиМалейшего не стоили труда.До тонкости отточенные фразыПроизносились только лишь в мечтах.Ни разу, понимаешь ты, ни разуНе видела себя ни в чьих глазах!Любовь? О да, до гроба, не иначе,А ревность — пережиток, балаган.Любовь слепа, а ревность — дело зрячих.Великолепнейший самообман!Как я клялась, что никогда не плачу!Как презирала тех, кто ревновал!5Как презирала тех, кто ревновал!(Себя не презираю, а жалею).Гордыни грех — вот бог и покарал.Сама ревную во сто раз сильнееТебя ко всем. Да что там — ко всему!Спаси тебя господь от этой кармы.Уже незаживающая рана,Сквозной рубец по сердцу моему.Когда-то бровью бы не повела,Словечка бы упрека не сказала…Когда-то! Я спала, а не жила.Все грезила, романтики искала.И если даже рушилась мечта,Так холодно плечами пожимала.6Так холодно плечами пожимала:Кого-то можно мне предпочитать?Бог в помощь, дверь — вон там. А умолятьЯ не умела. Никогда б не сталаМолить — тогда. Зато теперь молюО встрече хоть на миг, о нежном слове.Впервые в жизни встретилась с любовью,Впервые в жизни, господи, люблю!Одним тобой живу я и дышу,Все принципы, все догмы растеряла,По воле волн, закрыв глаза, плыву…Врагу б такой любви не пожелала!И я ещё — прости господь вину! —Сама себя считала идеалом.7Сама себя считала идеалом,Судила всех, но только не себя.(Подумать можно, горя было мало.Хватало, знаешь. Даже без тебя.)За что ты послан мне такой, не знаю.Но догадаться можно: за грехи.Мой величайший грех, мои стихиТебе все сразу, оптом посвящаю.За золото медяк я принимала,Но вовремя Господь прозренье дал.С меня уже довольно идеалов —Богаче жизнь. Любви девятый валНакрыл меня — и прошлое пропало.Как снег весной растаял идеал.8Как снег весной растаял идеал:Последняя о нем я пожалею.Ты мне такое счастье, милый, дал,Что я себе признаться в нем не смею.Стихам, и снам, и песням нет конца.Все — для тебя. Одно ты солнце в небе.Ты мне взамен тернового венцаИ не один тебя мне не заменит.Я счастлива теперь земной любовью,Я на земле живу, а не в мечтах.Пусть трудно, пусть невыносимо больно —Продлись, мой сон. Пусть только лишь в стихахТы мой. Мне даже этого довольно.Все понимаю. Но — темно в глазах.9Все понимаю. Но — темно в глазах.Все принимаю. Но немеют губы.До смерти я, должно быть, не забудуТебя с другой… Иллюзии все — в прах!Бесчеловечно как! Да нет — безбожно!Ох, мне бы хладнокровие твое!Давать советы, милый мой, не сложно.А выполнять… Мучение мое!Ты мне собою заслоняешь мир,И изменить что-либо я бессильна.И не хочу. Все остальное — миф,Небытие, театр, пантомима.А ты… Уже едва ли не кумир.Но сердце так болит невыносимо!10Но сердце так болит невыносимо…Как долго сможет выдержать оно?Пойми меня: опоры я просила.Не жалости, не милости. ДаноМне слишком много, знаю. Но… так малоИз рук твоих. Не будь со мной скупым.Тебя уже об этом умоляла —Опять прошу. Как видно, снам моимВ насмешку лишь и суждено сбываться.Вся тяжесть только на моих плечах.Тебе легко: ты можешь посмеяться.Мы не на равных. Мне достался — страх.Тягучий, черный, липкий страх расстаться.И дрожь в руках, и горечь на губах.11И дрожь в руках, и горечь на губах,И смех в слезах, и слезы в каждой шутке…Тебе смешно порою, а мне жутко:Для моего ль плеча такой размах?Да-да, почти шекспировские страсти.Своей рукой трагедию пишу.Увы, мое единственное счастье,Какого счастья я теперь прошу?Какая мука: бесконечно ждать.Какая боль, какая пытка, милый!Тебя не видеть — значит не дышать.И это счесть любовью, и счастливой?Какую же тогда несчастной звать?Я и в бреду такого не просила.12Я и в бреду такого не просила,Предугадать, предвидеть не могла.День пережить хватило б только силы,А ночи — боже мой! — сплошная мгла.Мгновенья встречи безнадежно зыбки,Не видеть — значит по-просту не жить.Вымаливать не слово — хоть улыбку,И каждый взгляд, движение ловить.В шестнадцать лет простительно такоеБесцельное блуждание впотьмах.Теперь же… Ни мгновения покоя,Слепые вспышки гнева, дрожь в руках,Тоска и радость — все одной волною,Все доводы рассудка — пепел, прах.13Все доводы рассудка — пепел, прах.Я, вопреки рассудку, твердо верю,Что счастью моему открылись двери,Что будет все прекраснее, чем в снах.Благодарю Судьбу за каждый день.Их множество, но каждый день единственный.И жизнь уже реальность, а не тень.Жизнь так нежна, проста и так таинственна.Моя любовь, мой свет, моя звезда,Моя мечта… Слова, слова, мой милый.Но так я не писала никогда,Да что писать — не думала. СчастливойЛюбви я дождалась. Прости же. Да.Ревную — так, что и дышать не в силах.13Ревную так, что и дышать не в силахПорой. Вот до чего я дожила.Поэзия на крыльях лебединыхМеня в седьмой круг ада унесла.Немного поздно ревности учиться.И нужно ли, на старости-то лет?Нужна тебе такая ученица?Такой учитель нужен мне иль нет?Опять вопросы. И опять — в пространство.Да все мои прожитые годаНа них ответа не дадут. НапрасноИщу я аналогий. Глупо, да.Да, я ревную. И теперь мне ясно:Я ревности не знала никогда.И вдруг настала тишина.И над измученной душоюВзошло спокойное, простоеСознанье: выпита до днаСудьбою поданная чаша.И боль от сердца отлегла,Как отступает день вчерашний,Как уплывает ночи мгла.И так же тихо и светлоПечали отлегли от сердца,Как пестрый лист в осеннем скерцо,Как с моря — белое крыло.
