В глазах общества, я — идеальный мужчина. Щедрый, отзывчивый… пример для подражания каждому. Для тех, кто ищет смерть, я — их спасение. Люди думают, что когда появятся у моей двери, то я помогу им с тем, что они боятся сделать в одиночку. Умереть. Они ничего не знают. У меня в запасе гораздо больше, чем билет в одну сторону: в рай или в ад. Лишь пробыв моим рабом четыре недели, я осуществлю их суицидальное желание… или так они думают. Когда Диана отправляется на поиски смерти, я не оставляю ей другого выбора, кроме как принять мою помощь. Её боль и решимость сильнее, чем я когда-либо видел. И я знаю, что я тот единственный, кто сможет её спасти. Даже если мне придется провести её через ад, от которого она так отчаянно пытается сбежать. Но будет ли этого достаточно, чтобы заставить её выбрать жизнь? Смогу ли я отпустить её, когда ей станет лучше? Или Господин во мне откажет в свободе идеальной рабыне?
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.
Аляска Ангелини
"Невыносимый"
Аннотация
В глазах общества, я — идеальный мужчина. Щедрый, отзывчивый… пример для подражания каждому.
Для тех, кто ищет смерть, я — их спасение. Люди думают, что когда появятся у моей двери, я помогу им с тем, что они боятся сделать в одиночку. Умереть. Они ничего не знают. У меня в запасе гораздо больше, чем билет в одну сторону: в рай или в ад. Лишь пробыв моим рабом четыре недели, я осуществлю их суицидальное желание… или так они думают.
Когда Диана отправляется на поиски смерти, я не оставляю ей другого выбора, кроме как принять мою помощь. Её боль и решимость сильнее, чем я когда–либо видел. И я знаю, что я тот единственный, кто сможет её спасти. Даже если мне придется провести её через ад, от которого она так отчаянно пытается сбежать.
Но будет ли этого достаточно, чтобы заставить её выбрать жизнь? Смогу ли я отпустить её, когда ей станет лучше? Или Господин во мне откажет в свободе идеальной рабыне?
Пролог
Если в вашей жизни есть всё, то дни пролетают незаметно, а время проходит в ежедневной рутине: счастливый смех и нежные поцелуи. Мы никогда не задумываемся, что нужно ценить что–то, пока оно не исчезает. То, что мы считаем само собой разумеющимся, может уничтожить нас. Сожаления оживают, проникая под кожу и просачиваясь в вены, пока не оказываются в наших легких, перекрывая подачу кислорода. Они вынуждают нас встать на колени и молить о смерти. Упрашивая об освобождении от жизни, каждую секунду.
Хотя я знаю, что то, что я слышу, не более чем воспоминание, но голос моей дочери звучит также ясно, как в день, когда она говорила мне все эти слова.
Я протягиваю руку, отказываясь замечать кровь, капающую на пол, в то время, как вспоминаю события, которые кажется, будут жить во мне вечно.
Вес тельца прижимается к верхней части моих бедер и оседает в районе талии. То, что я чувствую — это не моя дочь, а пузырек таблеток, которые я проглотила и перевариваю, но они смогут отправить меня к ней.
Я начинаю улыбаться, когда тянусь, чтобы погладить ее мягкие черные волосы, заправляя темные локоны, которые как всегда, выскальзывают из–за ушка, выпадая из конского хвостика.
Я откидываюсь в кресле, едва понимая, что мое тело на самом деле опускается по стене ванной. Я больше не хочу здесь быть. Мой разум цепляется за образы моей дочери и мужа, и я представляю, как он входит в комнату с огромной улыбкой на лице.
Даже если я прижму ее ближе к своей груди, то не смогу этого почувствовать. Мне щиплет глаза, а слезы текут, но я фокусируюсь на том, что имеет для меня большее значение.
Я жду, наблюдая, что она придумает сегодня.
Я улыбаюсь и смотрю на мужа, который прислонился к стене. В его взгляде столько любви, что кажется, я могу ощутить ее даже сейчас.
