– Твоей матери сильно повезло, – продолжил отец, будто пропустив мимо ушей слова благодарности сына. Если бы деда Марка не перевели на учёт в другую комендатуру – кто знает, что могло с ними случиться в будущем? Покидать поселение не разрешалось, а продуктов, сам понимаешь, добыть было негде. По этой причине половина поселенцев умерли с голоду, а часть из них, которые осмелились открыто проявить недовольство – были расстреляны. Твой дед Марк мог быть в их числе.
– Однако, он всё равно погиб, – печальным голосом сказал Михаил. – Иначе давно бы объявился. Тридцать пять лет минуло с тех пор, как его забрали.
– Нам ничего неизвестно о его судьбе, – с сожалением проговорил отец. – И вряд ли мы узнаем о ней вообще. В НКВД умеют скрывать следы преступлений. Уж я-то знаю, как пропадают бесследно люди на зоне.
– А тебе как удалось выжить? – неожиданно спросил Михаил, поставив в тупик отца своим вопросом.
Отец с удивлением уставился на Михаила. Это был первый интерес, проявленный сыном к неизвестной жизни родителя.
«Похвально, – подумалось ему. – Не зря, стало быть, я притащил его сюда». А вслух произнёс:
– Наверное, потому что кровь в нашем роду особенная.
– Какая – особенная? Пятой группы что ли? – усмехнулся Михаил. – Так их всего четыре.
– О группах я ничего не знаю, а наша кровь – таёжная, – сказал отец. – Потому и особенная.
– Интересно, – сказал Михаил протяжно. – Что же это за кровь такая?
– А вот такая и есть. Человек, который родился и вырос в таёжном крае – вынослив и смел, терпелив и смекалист. Ему удаётся лучше, чем кому-либо другому приспосабливаться в жизни.
– Бать, таких людей миллионы. По-твоему, у них у всех по жилам течёт особенная кровь? – попытался оспорить утверждение отца Михаил.
– Про всех говорить не могу, но меня лично тайга научила выживать в самых трудных условиях. Такие навыки имеются не у всех.
– Так, в чём особенность этой крови? – не унимался Михаил.
– Эта кровь делает человека несгибаемым и сильным духом.
Михаил снисходительно улыбнулся и решил больше не задавать вопросов. Он понимал, что высказывания отца являются всего лишь выдумкой, красивым мифом, который придумал он сам для себя, и не имеют под собой никакой доказательной базы. Однако они заронили в его сознание некую частичку надежды на то, что слова отца могут оказаться пророческими, и учёные когда-нибудь, возможно, сделают открытие, доказав наличие особенностей в составе крови, характерной только для таёжного человека. Почему бы и нет? Ведь до 1900 года человечество знать не знало ни о каких группах крови, а сейчас о её составе известно столько подробностей, что невозможно запомнить.
Михаил вдруг вспомнил, как в поезде прочитал в одном из журналов любопытную статью о том, что у древних людей была всего одна группа крови – первая. В те времена человек питался исключительно сырым мясом. Потом добавилась растительная пища, и появилась вторая группа. Третья группа крови характерна для людей, живущих в горной местности. Что касается четвёртой группы – так она появилась сравнительно недавно, её обладателями является всего 6% населения. Поэтому, вполне возможно, что в утверждении отца есть доля истины, которая остаётся пока непознанной.
Они вернулись назад, забрали инструмент и спустились к реке. Михаил посмотрел снизу на могучую Шайтан-скалу и не удержался, сказал:
– Всё может быть в нашем мире.
Отец обернулся к нему, удивлённо спросил:
– Ты это к чему сейчас?
– Так, мысль одна мелькнула в голове.
– Что за мысль?
– Подумал: мог ведь стоять на этой скале Ермак по пути в Сибирь? Как считаешь?
– Ничуть не сомневаюсь, что он взбирался здесь наверх, – заверил отец. – Впереди река делает изгиб, русло не просматривается. На мой взгляд, идти по реке вслепую довольно рискованно. Лучше взобраться наверх и осмотреться лишний раз.
– Это же так здорово! – воскликнул Михаил. – Значит, я находился сегодня на том месте, где почти четыреста лет назад стоял Ермак Тимофеевич и вглядывался вдаль.
– Этот камень много чего повидал за свою жизнь, – будничным голосом произнёс отец. -
– Да уж, – согласился Михаил и направился извлекать рыбу из садка, чтобы почистить и приготовить уху.
Утром следующего дня, собрав все пожитки, они отправились в обратный путь. План, намеченный отцом, был выполнен полностью.
Аннушка поселилась в доме одинокой старушки по имени Алкын. В переводе на русский язык имя хозяйки означало – шустрая, быстрая, стремительная. Алкын шёл восемьдесят третий год, и она полностью оправдывала своё имя. Не смотря на преклонный возраст, она была живой, неутомимой, легко управлялась по хозяйству. Вставала с восходом солнца и сразу отправлялась во двор или в огород – там её всегда находили какие-нибудь дела.
В её хозяйстве имелись коза, десяток кур, собака и большой пушистый кот. Живность не ахти какая большая, однако требовала ухода и внимания.
Зная об одиночестве старушки, председатель колхоза Марат Галиев подселил к ней прибывшую по распределению молодую учительницу физкультуры Нурию Нуриевну Махамединову – такими были настоящие имя и фамилия Аннушки.
