Они шли по кварталу, неизвестному публике. О его существовании знали только влиятельные люди внутри церкви, например, кардиналы или даже более высокий статус.
Это было нераскрытое место в доме гильдии Пальмирак, использовавшееся в качестве убежища или комнаты для экспериментов.
Само здание было прочным, а стены и полы излучали тепло.
Двери открывались сами по себе, просто ощущая присутствие.
Магии было много, она удостоверяла личность представителей нескольких видов.
В этих залах действовали заклинания, которые невозможно было сотворить еще до Заката Величия , и лидеры церкви занимали свои должности и спали в этих залах.
Часть оборудования в Пальмираке была работоспособной и позволяла людям ею пользоваться.
Отец Балк шел по коридорам, разделенным на еще более мелкие участки, где требовалось несколько проходов. В отличие от других помещений с несколькими комнатами, они остановились на одной комнате размером с целую площадь. Красивые украшения украсили комнату, где остановился отец Навальный.
Это была комната Святой женщины .
- Простите нас. –
Отец Навальный открыл дверь без стука.
Для личной комнаты это оказалось очень скудно. Один взгляд, и можно подумать, что это молитвенная комната.
Это было примерно 25 на 40 мелов. Потолок был высотой 10 мель. Комната была огромной.
Пол в центре был на ступеньку выше остальной части комнаты, создавая еще большее впечатление, что это комната для молитв.
За исключением того, что там была кровать. Тонкая ткань, накинутая сверху, окружает эту кровать.
Вы могли видеть тень миниатюрной женщины.
- Извините, мы вас побеспокоили? Как ты, мой дорогой Святой? –
- . Ваш сарказм неприятен. Прекрати это. –
Балк изящно поклонился, и это только усилило отвращение Святой Женщины.
Большинство людей влюбились бы в такой успокаивающий голос, но презрение было ощутимым.
- Ну ну. Кажется, меня действительно ненавидят. Я решил, что ты одинок, поэтому привел тебе таких же, как и ты. –
- Мой собственный? . ! Нет! –
Святая Женщина затаила дыхание, обдумывая слова Балка.
Конечно, она знала, что он не имел в виду ее собственный вид, когда говорил ее собственный вид .
Будучи святым человеком, отец Навальный отклонился далеко от праведного пути. Но он никогда не привел бы постороннего в комнату Святой женщины только потому, что они одного вида .
Это означало одно в отношении ее особого титула.
- Вы правильно догадываетесь. –
Выражение лица Святого стало мрачным, когда слова отца Балка дошли до него.
- Элин. –
- Да сэр. –
Элин ответила незамедлительно.
Он спокойно шагнул вперед к Святой и поставил Милли на пол, сняв ее со своих плеч.
- Откуда ты ее взял? –
- Ее держали в какой-то церкви. Однако они знали, насколько она особенная, поэтому это было непросто. –
Отец Навальный говорил так, как будто это было фактом.
Однако святой знал, что он лжет.
- Вы в одной лодке. Пожалуйста, будьте добры к ней. Вы знаете, как это бывает: если она не сможет контролировать свои силы, ей будут сниться ужасные кошмары, верно? Кроме того, возможно, если все пойдет хорошо, она сможет стать тебе заменой. –
- Ты монстр! –
Замена слова что-то возбудила в Святом.
Конечно, она хотела уйти. Но это не означало, что она пожертвует маленьким ребенком ради себя.
- Если вы ничего не предпримете, нам придется ее обучать. Кто знает, что произойдет? –
- . Отлично. Я возьму ее. –
Святой пришлось прикусить язык, чтобы удержаться от всех ругательств, которые она хотела плюнуть в отца Балка.
- Спасибо. Я пойду сейчас. Пожалуйста, поторопитесь, чтобы она скоро пригодилась. –
Отец Навальный вполсилы поблагодарил ее и вышел из комнаты святителя.
Элин последовала за Балком, оставив Милли и Святую.
- ‘Полезный’!? –
Святая Женщина сжала кулак, злясь на то, как Балк обращался с Милли как с каким-то инструментом.
Она встала с края кровати, на которой сидела, и подняла тонкую ткань, чтобы приблизиться на дюйм к Милли, находящейся без сознания.
Она больше не была скрыта тканью, и ее телесность стала более ощутимой.
Она была прекрасна – настолько красива, насколько можно представить себе любую святую.
Ее мраморная кожа, ее шелковистые белые волосы, ее ясные голубые глаза.
Лицо, смотрящее на Милли, было красиво, как кукла, и излучало тепло, которого не могла сделать кукла.
От этого черный ошейник на ее шее выделялся еще больше.
Ей было, наверное, 16 лет. Возможно, еще слишком рано называть ее женщиной , но она уже не достигла зрелости маленькой девочки.
Она держала спящую Милли на руке. Глаза Милли открылись, почувствовав прижавшееся к ней теплое тело.
- мм. ? –
- Ты проснулся? –
Ее голос был так близко, что она поняла, что ее держат.
Возможно, это произошло из-за ее звериных инстинктов – Милли вывернулась из объятий Святой Женщины. Она оглядела комнату и поняла, что ее больше нет в церкви.
- Где я? –
- Вы находитесь в церкви города-крепости Сигурд. В этой комнате могут находиться только Святые. –
- Это тоже церковь? Святые? –
- Да. Святые. Те, которые были одобрены церковью для помощи в чудесах. Однако я Святой только по названию. –
