В ресторан мы опаздываем, попав в небольшую пробку. Я помогаю Алёне выйти из машины и веду ее в высокое здание, где организован фуршет для наших новых партнёров. Пробегаюсь глазами по присутствующим и чувствую, как цветочек напрягается, сделав то же самое.
– Все нормально? – спрашиваю я.
– Да, – отзывается Алёна. – Просто давно не была на подобных мероприятиях. Уже и забыла как себя вести, – смущенно улыбается в ответ.
Не придаю значения ее словам, хотя отчаянно пытаюсь вспомнить, где встречал фамилию и лицо Богомолова раньше, но тщетно. Со столькими людьми сотрудничал в последнее время. Разве всех упомнишь?
Отхожу ненадолго от Алёны, оставив ее в обществе дам, но, вернувшись, через двадцать минут не обнаруживаю цветочка в зале. Охранник говорит, что по описанию видел похожую девушку рядом с каким-то мужчиной, выходящими на террасу. Там я и нахожу ее и того самого Богомолова, лицо которого показалось мне изначально знакомым.
Пазл складывается, когда я подхожу ближе и слышу кусочек разговора, где наш будущий партнер поливает грязью мою жену. После – наступает пробел. Я лишь частями помню, как меня оттащили от гниды, которая бросала в лицо Алёны гадости.
Заверив охрану, что больше не буду ни на кого кидаться, подхожу к жене, которая ведет меня к машине.
– Извини. Я не хотела, чтобы вечер так закончился. Если бы знала, что пересекусь с лучшим другом Слуцкого, то никуда бы не поехала, – произносит заикающимся голосом Алеёна, глядя на мои разбитые костяшки.
Я сажусь за руль и смотрю перед собой невидящим взглядом. Как же меня заебали все эти сплетни и недоразумения, которые то и дело преследуют нас и не дают спокойно жить.
– Богомолов угадал меня и подошёл, начал спрашивать про Слуцкого, как мне живется, пока он проводит время за решеткой…
– За что и получил по лицу. Знаю, ты бы хотела услышать другое, но уехать из страны нам все же придется. Мы с Володей распределили фронт обязанностей. Сейчас ты общалась со многими людьми, с которыми и впоследствии предстоит видеться и сотрудничать уже за границей.
– Надеюсь, кроме Богомолова?
– Кроме него.
Гончаров хоть и запоздало совершил суд над Слуцким, но сделал все по уму. Сволочь нескоро выйдет из тюрьмы, если такие, как он, и вовсе из нее выходят. Однако сегодня я лишь сильнее убедился в том, как на самом деле дико ревную Алёну к прошлому. До одержимого желания порвать всех на лоскуты, кто притронется к моему или напомнит о нашей общей потере.
– Ален, – зову я цветочек.
– Что? – она поворачивает голову и смотрит на меня погрустневшими глазами.
– Ты такая красивая. Похожа на черную кошку в этом одеянии, – улыбаюсь я.
Алёна раздвигает рот в ответной улыбке.
– Черная кошка?
– Которая перебежала мне однажды дорогу.
– Вообще-то наоборот. Я никого не трогала. Но если уж и сравниваешь меня с ней, то тогда готовься. Все свои девять жизней я посвящу тебе.
– Смелое заявление, – хмыкаю я. – Которое ты начнёшь опровергать в спальне уже через пару часов, – кладу ладонь на стройную коленку цветочка, которая виднеется в вырезе платья.
– Нет, – с вызовом усмехается Алена. – О другом начну умолять, – ловлю взгляд черных глаз и мой пульс опять начинает зашкаливать, а нога утопает в пол, выжимая педаль газа.
– В таком случае не хочу терять ни минуты.
Почти два месяца прошло, как Игорь разбился, а чувство такое будто он в долгую командировку уехал. Мозг не хочет принимать ужасную правду. С Володей мы тоже отдалились – он теперь через раз отвечает на мои звонки. Я резко высказался по поводу его помолвки с дочкой Прохорова, на что Третьяков послал меня на три буквы. Но зря. Понимание, что он совершил ошибку придет позже. А проходить через разводы и прочую херотень – та еще головная боль, тем более с такими деньгами и влиянием двух семей. Если вообще предоставится такая возможность. Подобные союзы нельзя разрушить по щелчку пальцев. Поэтому я бы никогда не согласился на брак по расчету.
– О чем думаешь? – Алёна кладет руку мне на колено и слегка сжимает его.
Выкидываю окурок в окно и поворачиваюсь к цветочку. Какой же это кайф никуда не торопиться, ничего не решать и ни от кого не зависеть. Даже и не знаю, как благодарить Дину Сергеевну, что периодически она берет шефство над хомяком, а мы это время проводим с Алёной вдвоем. К тому же с моей матерью Андрей ведет себя в разы адекватнее, чем со мной. Нужно будет предложить цветку оставить хомяка на попечительство новых родственников. Месяца на два или три. Как я в свое время переложил ответственность за Бернарда и Эммануэль. Жаль, что сомиха Алёны сдохла. Правда, головастиков наплодить успела. Плавают теперь в аквариуме и радуют глаза.
– Ян? О чем задумался? – повторяет Алёна вопрос, когда я долго не отзываюсь и снова ластится, как кошка, требуя внимания.
– Да так, всякая ерунда в голове крутится. Ничего важного, – облизываю пересохшие губы и тянусь за бутылкой воды на заднее сиденье.
Выпиваю все до последней капли и устремляю взгляд на белый проектор.
