– Андрюш, – обнимаю его в ответ и целую в макушку. – Генрих вчера уехал. У него появились срочные дела. Но… рано утром приехал Янис. На какое-то время он у нас задержится.
– Тот дядя с детской площадки? – уточняет Андрей.
– Да. Привез мне кое-какие документы по работе. Ты, пожалуйста, будь с ним хорошим мальчиком, ладно? – прошу я мягким голосом.
Сощурившись, Андрей качает головой.
– Мне он не нравится! – с обидой заявляет он.
– Почему?
– Потому.
– Это не ответ.
– Ответ!
Андрей спрыгивает с кровати и бежит к двери, громко топая ногами.
Уф. Похоже, это будут очень тяжелые выходные. Для всех.
Просыпаюсь от непрекращающегося грохота. Приоткрыв один глаз, наблюдаю, как Андрей возится со своими игрушками в гостиной, специально издавая эти звуки и зыркает в мою сторону. На мать он смотрит иначе. С любовью. Меня же расчленяет взглядом на куски.
– Привет, Андрюша, – сажусь на диване и тянусь за футболкой и джинсами.
Натягиваю на себя одежду и широко зеваю. Рукой тру лицо и достаю телефон. Спать хочется дико. Который час?
– Ты в молчанку со мной играешь? – сползаю с дивана на пол и сажусь рядом, осматривая арсенал интересов маленького Андрея.
– Мама сказала, что ты поживешь у нас какое-то время. У тебя разве нет своего дома? – недовольно бурчит он вместо приветствия.
Замечаю в дверном проеме Алёну. Цветочек выглядит невыспавшейся. Ну ещё бы. Я с усердием гнул ночью ее стебель и натирал нежные лепестки. Похоже, переусердствовал.
– Настя сегодня домой отправится, а мама неважно себя чувствует. Ты вон какой у нее деятельный и активный. Кто-то должен за тобой приглядывать, на прогулки водить. Я вызвался помочь.
Сложив руки на груди, Алёна смотрит на нас с тенью улыбки и покачивает головой. Ну а как ты хотела, цветочек? Цель всегда оправдывает средства.
– С тобой на улицу я не пойду, – категорично заявляет Андрюша.
Дышу медленно. Вдох. Выдох. О том, какие ощущения вызывает у меня этот мальчишка – лучше не задумываться. Однако до него я прекрасно ладил с детьми. Даже с Эриком-младшим наше общение строилось значительно легче, хотя мы не так часто с ним видимся.
Быстро поднимаю голову и даю Алёне знак глазами, чтобы подыграла мне. Без ее помощи этого бешеного хомяка я не приручу.
– Мама приболела, – снова повторяю, как попугай. – Пару дней придется делать вид, что нам нравится друг с другом общаться, чтобы ее не расстраивать. Окей? – предлагаю я.
– Нет, – летит в ответ.
Андрей тоже замечает Алёну и, вскочив на ноги, бежит к ней. Обнимает за ноги. Вот же симулянт мелкий.
– Мам, ты приболела? Он не обманывает? – ластится к ней, как кот.
– Немного, – растерянно отвечает Алёна, но отлично справляется со своей ролью, подыгрывая мне.
– А Настя? Она уедет сегодня?
– Да, ей нужно возвращаться в город. Янис поживет с нами пару дней. Нам предстоит... много работы. Но надолго он у нас не задержится, не переживай.
Отворачиваюсь, пряча улыбку в кулак. Да, цветок, работы с тобой действительно непочатый край. За четыре года накопилось много вопросов, которые требуют немедленного разрешения и моего личного присутствия.
– Я не пойду с ним на улицу, – Андрей мотает головой из стороны в сторону.
– Хорошо. Тогда будешь играть с Янисом в гостиной. – А шепотом добавляет: – Но на улице у тебя будет возможность от него сбежать. Хочешь попробовать?
Мне становится тут же не до смеха. Я неважно себя чувствую, до сих пор не могу проснуться, а Алёна предлагает волчонку такую дикость? А если я не досмотрю за шустрым хомяком, то с меня потом три шкуры сдерут? Я на такое не подписывался.
– Пойду, приготовлю вам завтрак. Ведите себя хорошо и не разгромите гостиную.
– Мам, – чуть ли не плачет Андрей. Подбородок дрожит, глаза на мокром месте.
Будь на его месте тоже бы сейчас скорчил жалостливую моську. Хотя с таким лицом, бывало, с Эриком-младшим возился, когда мне его оставляли в мой законный выходной.
– Все хорошо, сынок. Янис не будет тебя обижать. Тут даже спорно кто кого, – уже себе под нос добавляет Алёна и выходит из гостиной.
Мы остаемся с Андреем одни. Как-то придется налаживать контакт с волчонком. Но я пока без понятия как.
– Я привез тебе пакет игрушек. Не знал, что ты любишь, но был готов к подобным закидонам, – вытираю ладонью слезы с пухлых щек Андрея. – Лучше бы смирительную рубашку захватил и пару носовых платков. Но кто же знал, что ты реветь любишь?
Волчонок отмахивается от моей руки и громко шмыгает носом.
– Я знаю, что такое смирительная рубашка. И еще скафандр, – Андрей встречает мои слова без каких-либо эмоций.
– Уже надевали на тебя?
– Ласка часто так говорит, когда я не слушаюсь, – деловито отвечает он.
– Но я не Настя. Словами не ограничится. Будешь из матери веревки вить и со мной вредничать без веского повода, то съезжу в город и раздобуду эти волшебные вещицы, чтобы примерить на тебе. Хочешь?
Андрей подходит ближе и смотрит на меня, нахмурив лоб.
– Ты теперь всегда с нами будешь жить?
– Мне сейчас негде ночевать. Тебе жалко, что я на диване в гостиной посплю?
