– Так может тебе притормозить?
– Варвара… – вздыхает он. – Ты такая наивная и невинная фиалка. Ты ведь в курсе, что я могу обойтись только руками и языком и все равно довести тебя до того, что ты на следующий день не сможешь встать с постели?
Вторая спальня нам так и не пригодилась, мы так и остались в его. Я сделала разок попытку уйти, но дошла только до гостиной. Диван послужил нам и в этот раз.
Чем
– Знаешь, – говорит как-то с утра Кир, дождавшись меня из ванной, но не набрасываясь, как я привыкла, чтобы из чистой опять сделать очень, очень грязной… – Сегодня мне придется немного поработать. Ты же не против?
Я моргаю, пытаясь сообразить, что в представлении Кира значит «немного поработать». Съемка шоу? Деловая встреча? Целый день в обнимку с ноутбуком с графиками котировок акций на экране?
– Нет, не против… – осторожно говорю я. – А…
– Сегодня на закате у двух хороших людей свадьба в Пафосе, – поясняет он. – И ее провожу я.
– А можно мне посмотреть? – заранее готовясь к отказу, спрашиваю его.
Наверняка это закрытое мероприятие и все такое…
– Не просто можно… – он медленно крадется ко мне по белым простыням, как большой кот, бросается и ловит меня, опрокидывая в подушки. Выдыхает в губы: – Нужно. А то ты так и не выгуляешь красное платье, чулки и туфли.
– Туфли? На свадьбу? Ты же обещал, что я в них буду только лежать! – я паникую, потому что в этих туфлях я даже стояла, слегка покачиваясь.
– Из отеля в машину, из машины на место… ну, хочешь, я тебя на руках отнесу? – провокационно предлагает Кирилл.
Его голодный взгляд нагло скользит по моему телу, хотя мы занимались любовью всего полчаса назад. А вслед за взглядом скользят и руки, и тема туфель так и остается нераскрытой… пока не становится слишком поздно.
Наверное, в тот день я впервые по-настоящему поняла Кирилла…
Бирюзовое море бьется в камни под ногами, за спиной горит оранжевый закат, белые полотнища занавесей, прикрепленные к высоким рамам, развеваются по ветру, белые, оранжевые, лиловые, голубые, розовые, алые, желтые цветы окружают маленькую площадку, которую охраняет статуя Афродиты.
И за эту статую Афродиты цепляюсь я. Фривольно обнимая богиню любви за бедро. Но иначе никак – высокие и тонкие каблуки роскошных туфель протыкают ярко-зеленый газон, вонзаясь в землю сантиметра на два. Даже стоять нереально. А лежать вроде как не ко времени, у людей тут торжество.
Молодожены, стоящие под аркой из белых цветов, совсем не похожи на моделей с обложки каталога свадебных товаров. Закатное солнце обливает их золотом, как положено, белые занавеси трепещут на ветру, но пухленькая невеста и высокий, как жердь, тощий жених с крупными торчащими зубами и оттопыренными ушами – совсем не то, что мы обычно видим в окружении такой красоты.
Но неидеальные люди, оказывается, тоже любят и хотят друг друга, планируют провести вместе всю жизнь и устраивают свадьбы на райском острове. Фотограф сбивается с ног, ловя лучшие ракурсы, чтобы было, что показывать детям и внукам спустя много-много лет.
Кирилл в белоснежном костюме со своими рыжими волосами, волнами лежащими на плечах, стоит за аркой из цветов и смотрит на жениха с невестой с плохо скрываемым умилением на лице. На съемках шоу он еще держал себя в руках, здесь же никто не мешает ему сиять от счастья чуть ли не ярче тех, у кого он только что спрашивал, собираются ли они стать супругами или просто пришли постоять в красивой одежде.
Пара интернациональная – девушка русская, а ее будущий муж англичанин. В пестрой толпе гостей, топчущихся по полянке с бокалами шампанского в руках, затерялась скромная переводчица.
