Ее глаза темнеют, а зрачки расширяются, словно мои слова причиняют ей физическую боль. А потом она словно выстраивает стену между нами, потому что на ее лице вновь появляется безразличное выражение. В моей груди что-то сжимается. Отчасти потому, что меня злит, как легко и успешно она отгораживается от меня, а еще оттого, что мне вдруг приходит в голову, что мама так упорно держит меня в неведении лишь из-за того, что не верит, что я смогу принять правду.
А значит, эта правда довольно ужасна.
Либо так, либо, несмотря на все слова поддержки, которые она мне говорила, мама совершенно не верит в меня.
На следующий день объявляют красный уровень тревоги. Утром, остановившись в прихожей, я решаю, надеть ли мне фиолетовую куртку. Вспыхнет ли огонь, если я ее не надену? Неужели все так просто? Может ли моя судьба зависеть от такого простого решения?
Но я решаю не рисковать. К тому же я не пытаюсь избежать пожара. Мне очень хочется поскорее покончить со всем этим. Да и в небе, среди облаков, очень холодно. Поэтому я надеваю куртку и выхожу на улицу.
Я уже практически заканчиваю патрулирование, когда на меня накатывает волна скорби.
Это не обычная печаль. И дело совсем не в Такере, Кристиане или маме. Это не жалость или подростковые капризы. Это чистая, сильнейшая скорбь, словно все, кого я когда-либо любила, внезапно погибли. Она бушует в голове, пока все не начинает расплываться перед глазами. Она душит меня. Я едва могу вздохнуть. И легкость исчезает. Я начинаю падать, отчаянно взмахивая крыльями. Но сейчас я такая тяжелая, что несусь вниз, как камень.
К счастью, я падаю в лес, а не на камни, где могла бы разбиться или умереть. Тело врезается в верхушку дерева под углом. Правой рукой и крылом я пытаюсь уцепиться за ветку. Раздается громкий щелчок, за которым следует ослепительная и неописуемая боль в плече. Я кричу, видя, как земля устремляется мне навстречу. И стараюсь прикрыть лицо здоровой рукой, пока ветки жалят, хлещут и царапают мою кожу. В метрах шести от травы крылья путаются в ветках, и я зависаю в воздухе.
Я знаю, что где-то неподалеку Чернокрылый. Несмотря на панику и боль, моих сил хватает на такое маленькое умозаключение. И сейчас только это имеет значение. Так что мне лучше убраться отсюда, и побыстрее. Поэтому я прикусываю губу и пытаюсь вырваться из объятий дерева. Мои крылья действительно застряли, а правое, судя по всему, и вовсе сломано. Мне требуется минута, чтобы вспомнить, что я могу спрятать их, после чего я моментально падаю с дерева.
Я сильно ударяюсь о землю. И вновь громко кричу. Плечо от встречи с землей простреливает такая боль, что я практически теряю сознание. Я не могу вдохнуть. Или ясно мыслить. Голову все еще окутывает туман скорби. И с каждой секундой мне становится все хуже и хуже, отчего кажется, будто сердце сейчас взорвется от боли.
А значит, Чернокрылый приближается.
Я пытаюсь сесть и обнаруживаю, что не могу пошевелить рукой. Она висит как плеть под странным углом. Мне еще никогда не было так больно. Где мои удивительные исцеляющие способности, когда они мне так нужны? Я осторожно встаю на ноги. И замечаю, что по щеке что-то течет. Подняв руку, я касаюсь щеки и вижу на пальцах кровь.
«Сейчас это не имеет значения, – думаю я. – Уходи. Сейчас же».
От каждого движения трясется плечо и по телу пролетает очередная ударная волна боли. В этот момент мне кажется, что я действительно могу умереть. Нет никакой надежды, света или молитвы на устах. С меня хватит. Мне хочется просто лечь и позволить боли поглотить меня.
«Нет, – говорю я себе. – Чернокрылый близко. Продолжай идти. Переставляй ноги. Выбирайся отсюда».
Я прохожу еще несколько метров и прислоняюсь к дереву, тяжело дыша и пытаясь собраться с силами. А затем из-за спины ко мне долетает мужской голос, который скользит мимо деревьев, словно его несет ветер. И он определенно не человеческий.
– Привет, птичка, – говорит он.
Я замираю.
– Это было страшное падение. Ты в порядке?
Я невероятно медленно оборачиваюсь. Мужчина стоит в метрах трех и с любопытством смотрит на меня.
Он безумно привлекательный. И мне не верится, что я не заметила этого в нашу прошлую встречу в торговом центре. Я всегда читала, что все чистокровные ангелы должны быть потрясающе прекрасными, но не осознавала, что это
