Я почти уверена, что уже познакомилась с плохой стороной Кей Паттерсон. Это было заметно по тому, как она старалась, чтобы ее голос звучал легкомысленно и дружелюбно, но все же в нем слышались нотки презрения.
Я обвожу взглядом столовую и замечаю черноволосую девушку с английского, Анджелу Зербино. Она сидит в одиночестве и читает толстую книгу в черной обложке, а перед ней на столе стоит поднос с нетронутым ланчем. Она поднимает голову и смотрит на меня, а затем едва заметно кивает в знак приветствия. Задержав на мгновение взгляд, я отвожу глаза, после чего она возвращается к чтению.
– Почему она одна? – спрашиваю я у Венди, кивнув в сторону Анджелы.
– Анджела? Она не отщепенка или что-то в этом роде. Просто предпочитает одиночество. Она немного напористая. И при этом сосредоточенная. Она всегда была такой.
– А что за «Розовая подвязка»? Похоже на… ну, знаешь… место, где…
Венди смеется.
– На бордель?
– Да, – смутившись, отвечаю я.
– Это ресторан, в котором показывают различные представления, – продолжая смеяться, говорит Венди. – Ковбойские мелодрамы и несколько мюзиклов.
– Ааа, – понимающе выдыхаю я. – Просто, когда она сказала об этом на уроке и добавила, что никогда не видела отца, я слегка смутилась. Ну, знаете, это не то, что хочется знать о своих одноклассниках.
Теперь все за столом смеются. Я снова смотрю на Анджелу, но она слегка повернулась, и теперь мне не видно ее лица.
– Она кажется милой, – добавляю я.
Венди кивает.
– Так и есть. Мой брат давно влюблен в нее.
– У тебя есть брат?
Она фыркает, словно ей хотелось бы, чтобы это было не так.
– Да. Вообще-то мы близнецы. Но он настоящая заноза в заднице.
– Как мне знакомо это чувство.
Я смотрю на Джеффри и его новых друзей.
– Помяни черта, – говорит Венди и хватает за рукав парня, который идет мимо нашего стола.
– Эй! – вскрикивает он. – Чего тебе?
– Ничего. Я как раз рассказывала новенькой о своем потрясающем брате, а ты тут как тут. – Она одаривает его ослепительной улыбкой, по которой сразу понятно, что это ложь.
– Это Такер Эйвери, – представляет своего брата Венди.
Они невероятно похожи – те же серо-голубые глаза, тот же загар, те же золотисто-каштановые волосы – только у него короткая стрижка и он примерно на тридцать сантиметров выше сестры. Такер определенно из компании ковбоев, только это не так заметно, как у других, потому что на нем простая серая футболка, джинсы и ковбойские сапоги. Его тоже можно назвать «сексуальным», хотя он отличается от Кристиана – менее утонченный, более загорелый и мускулистый, а на подбородке легкая щетина. Он выглядит так, словно всю свою жизнь работал под палящим солнцем.
– Это Клара, – продолжает она.
– А, та девушка из «Приуса», которая чуть не протаранила мой пикап сегодня утром, – говорит он.
– Ох, я сожалею.
Он осматривает меня с ног до головы, и я чувствую, как краснею, наверное, в сотый раз за день.
– Ты приехала из Калифорнии?
Слово «Калифорния» в его исполнении звучит как оскорбление.
– Такер, – предупреждающим тоном говорит Венди и дергает его за руку.
– Вообще-то я сомневаюсь, что твой пикап пострадал бы, если бы я в тебя врезалась, – парирую я. – Похоже, его задняя часть так проржавела, что сама вот-вот отвалится.
Глаза Венди округляются. Кажется, она искренне обеспокоена происходящим.
А Такер лишь усмехается.
– Скорее всего, именно этот ржавый пикап вытащит тебя из сугроба во время следующей бури.
– Такер! – восклицает Венди. – Разве тебе не нужно идти на собрание команды по родео?
Я пытаюсь придумать ответную колкость о том, что мой милый «Приус» ест намного меньше бензина, чем его пикап, и это сэкономит мне невероятно много денег, но ничего не приходит на ум.
– Ты же сама меня остановила, – говорит он сестре.
– Я не думала, что ты будешь вести себя как свинья.
– Ну простите. – Он ухмыляется мне. – Приятно познакомиться, морковка, – говорит он, глядя на мои волосы. – Ох, простите, Клара.
Мое лицо пылает.
– И мне, любитель ржавых ведер, – отвечаю я, но он уже отвернулся.
Отлично. Я не пробыла в школе и пяти часов, а уже нажила себе двух врагов.
– Я же говорила, что он заноза, – вздыхает Венди.
– Мне кажется, ты его перехвалила, – говорю я.
И мы обе начинаем смеяться.
Зайдя в кабинет на следующий урок, я тут же вижу Анджелу Зербино. Она сидит в первом ряду, склонившись над тетрадью. Я занимаю место на несколько рядов дальше и осматриваю класс. На стенах висят портреты английских монархов. На большом столе недалеко от доски стоит модель лондонского Тауэра из палочек для мороженого, а рядом копия Стоунхенджа из папье-маше. Один из углов занят манекеном в кольчуге, а второй – большой деревянной доской с тремя отверстиями: настоящие колодки[10].
Похоже, здесь будет что-то интересное.
Одноклассники постепенно занимают свои места. А когда звенит звонок, из задней комнаты выходит учитель. Им оказывается тощий парень с длинными волосами, собранными в хвост, и в очках с толстыми стеклами. Но несмотря на это, он выглядит круто в рубашке, галстуке, черных джинсах и ковбойских сапогах.
