И тут, словно услышав наши молитвы, перед нами возникает мама. Они с Венди выходят из «Пейлесс» с пакетами в руках.
– А вот и девочки, – говорит мама, а потом замечает наши лица. – Что случилось?
– Можно вас на минутку?
Анджела хватает маму за руку и оттаскивает от Венди, на лице которой отражается смущение с нотками обиды, пока она смотрит нам вслед.
– Мы заметили мужчину, – шепчет Анджела. – Он смотрел на нас, а Клара… она…
– Он о чем-то сильно скорбит, – выдавливаю я.
– Где? – требует мама.
– Позади нас, – говорит подруга. – Я потеряла его из виду, но он точно где-то там.
Мама застегивает молнию на толстовке и натягивает капюшон на голову. А затем возвращается к Венди, стараясь выдавить улыбку.
– Все в порядке? – спрашивает Венди.
– Кларе стало плохо, – говорит мама. – Нам нужно вернуться домой.
Это не ложь. Я едва могу переставлять ноги, пока мы спешим к выходу.
– Не оглядывайся, – шепчет мама мне на ухо. – Давай, Клара, шевели ногами.
Мы спешно проходим мимо отдела косметики, секции нижнего белья и одежды для официальных мероприятий, откуда начали сегодня шопинг. Не проходит и пары минут, как мы оказываемся на парковке. Как только в поле зрения появляется наша машина, мама устремляется к ней, таща меня за собой.
– Что происходит? – спрашивает на бегу Венди.
– Садитесь в машину, – приказывает мама, и мы быстро забираемся внутрь.
И тут же автомобиль срывается с места. Только когда мы отъезжаем на несколько километров от Айдахо-Фолс, грусть постепенно сползает с меня, словно вуаль. Я делаю глубокий судорожный вдох.
– Ты в порядке? – спрашивает Венди.
Она все еще выглядит безумно смущенной.
– Я просто хочу поскорее попасть домой.
– У нее дома есть лекарства, – вмешивается Анджела. – У нее иногда бывают приступы.
– Приступы? – повторяет Венди. – Ты чем-то болеешь?
– Ну…
Мама бросает на Анджелу раздраженный взгляд.
– Это редкая форма анемии, – спокойно продолжает та. – И иногда бывают такие приступы, отчего она чувствует головокружение и у нее подкашиваются ноги.
Венди понимающе кивает.
– Как в тот день, когда ты упала в обморок в школе.
– Точно. Ей нужно принять таблетки.
– Почему ты мне ничего не сказала? – спрашивает Венди.
Она выразительно смотрит на Анджелу, а затем переводит взгляд на меня, словно спрашивая: «Почему ты рассказала ей, а не мне?» На ее лице отражается обида.
– Да обычно с этим нет никаких проблем, – говорю я. – К тому же мне уже гораздо лучше.
Мы с Анджелой встречаемся взглядами, в которых отражается понимание, что, судя по реакции мамы, у нас очень, очень большие проблемы.
Когда через три часа мы подъезжаем к дому, перед этим высадив Венди у «Ленивой собаки», мама говорит нам:
– Отправляйтесь в комнату Клары и сидите там, пока я не вернусь.
Мы с Анджелой заходим в дом и поднимаемся в мою комнату. И хотя еще не стемнело, я поддаюсь своему желанию и включаю свет.
Мы садимся на кровать и слышим, как мама стучит в дверь Джеффри.
– Эй, – не дождавшись ответа, говорит она. – Я решила подбросить тебя до кинотеатра в Джексоне, раз уж весь день баловала твою сестру. Мне кажется, это справедливо.
Когда они уходят, Анджела обнимает меня и накрывает нас одеялом, потому что я не могу унять дрожь. А затем мы принимаемся ждать. Примерно через час до нас доносится хруст гравия из-под колес маминой машины. Хлопает дверь. Тихо скрипит лестница, пока мама поднимается наверх. А потом раздается еле слышный стук.
– Входи, – хрипло приглашаю я.
Она улыбается, когда видит, как мы прижались друг к другу.
– Зачем ты увезла Джеффри? – интересуюсь я. – Что, если этот мужчина там?
– Я хочу, чтобы вы перестали бояться, – говорит она. – Здесь вы в безопасности.
– Кто это был? – спрашивает Анджела.
Мама покорно и устало вздыхает.
– Это был Чернокрылый. Скорее всего, он случайно там оказался.
– Падший ангел случайно заглянул в торговый центр в Айдахо-Фолс? – говорит Анджела.
– Когда я увидела его, то… – Я хватаю ртом воздух, когда на меня обрушиваются воспоминания.
– Ты почувствовала его скорбь.
– Его скорбь? – повторяет Анджела.
– Ангелы не обладают такой свободой воли, как мы с вами. Когда они не выполняют свое предназначение, это причиняет им сильную психическую и физическую боль. Так что все Чернокрылые чувствуют нечто подобное.
– Но почему ни ты, ни Анджела этого не ощутили? – спрашиваю я.
– Некоторые из нас более чувствительны к их присутствию, чем другие, – говорит она. На самом деле это большое преимущество. Если вдруг они приблизятся, ты сразу же ощутишь это.
– А что нам делать, если это случится?
– То же, что и сегодня. Убегайте.
– Мы не можем сразиться с ними? – спрашивает Анджела более пронзительным, чем обычно, голосом.
Мама качает головой.
– Даже вы?
– Даже я. Ангелы невероятно могущественны. Поэтому лучшее, что вы можете сделать, это сбежать. И если вам повезет – а нам сегодня определенно повезло, – то ангел посчитает, что не стоит тратить на вас время.
На минуту в комнате повисает тишина.
– Самая надежная защита от них – это не привлекать к себе внимания, – добавляет мама.
