Видение поглотило меня уже знакомым теплым вихрем, размывая очертания спальни и перенося меня в гущу дымного леса. Воздух был настолько горячим, сухим и тяжелым, что дышать было невозможно. Я снова увидела «Аваланш», припаркованный у дороги. Неосознанно, я повернулась к холмам, в ту сторону, где, как я уже знала, найду незнакомого юношу. Я шла и чувствовала нарастающую с каждым шагом печаль, глубокую скорбь, словно раздирающую мое сердце. Глаза наполнились бесполезными слезами, я моргнула, чтобы избавится от них, а затем продолжила идти, намереваясь найти своего незнакомца. И когда, наконец, увидела, то остановилась на мгновение и посмотрела на него. Образ моего незнакомца, стоящего здесь в неведении о том, что свершится, наполнил мое сердце болью напополам с нетерпеливой тоской.
Я уже здесь.
Первое, что попалось мне на глаза, когда я въезжала на парковку школы Джексон Хол Хай – это большой серебристый пикап, припаркованный в дальнем конце парковки. Я повернулась, чтобы посмотреть на номера.
- А ну стоять! – заорал Джеффри, потому что я чуть не врезалась задом в другой пикап - голубой, старый и обшарпанный. – Научись водить уже!
- Прости, - я, извиняясь, махнула парню в голубом пикапе, но он, продолжая орать из окна машины что-то, что я совершенно точно не хотела бы услышать, сорвался с места, взвизгнув колесами, и выехал с парковки. Я осторожно припарковала Приус на свободном месте и несколько минут сидела в машине, стараясь прийти в себя. Джексон Хол Хай гораздо больше походила на курортный отель, а не на школу: огромное здание из темного кирпича, обрамленное рядом огромных деревянных опор, похожих на колонны, но в несколько деревенском стиле. Как и все остальное в нашем новом городе, здание словно сошло с почтовой открытки: сверкающие окна и удачно посаженные деревья с белыми стволами, которые были прекрасны даже без листьев, что уж и говорить про вздымающиеся вдалеке горы, мелькавшие в просветах меж деревьями. Даже пушистые белые облака в небе, казалось, были размещены в соответствии с тщательно выверенной схемой.
- Увидимся позже, - сказал Джеффри, выскакивая из машины. Схватив свой рюкзак, он направился к школе с таким важным видом, словно был тут полноправным хозяином. Несколько девочек на парковке проводили его взглядом. Мой брат непринужденно улыбнулся и они тут же начали шептаться и хихикать, словом, все пошло так же, как и в нашей предыдущей школе.
- Значит, не высовываемся, да? – пробормотала я ему вслед, нанесла ещё один слой леска для губ и оглядела себя в зеркало заднего вида, всё досадуя на унизительный цвет волос. Несмотря на всевозможные усилия с моей и маминой стороны, мои волосы остались оранжевыми. Было перепробовано все, что можно. Волосы перекрашивали раз пять, даже попытались сделать из меня брюнетку, но цвет неизменно становился ужасающе-ядовито оранжевым. Просто жестокая кармическая шутка какая-то.
- Ты не всегда сможешь рассчитывать только на внешность, Клара, - сказала мне мама после неудачной попытки номер пять. Ну, кто бы говорил. Что-то я не видела, чтобы она когда-либо выглядела хуже, чем на оценку «роскошно».
- Я никогда не рассчитывала на внешность, мам.
- Мне так не кажется, - показалось или она произнесла это неподобающе весело? - Ты, конечно, не тщеславна, но все же. Ты всегда знала, что глядя на Клару Гарднер, учащиеся Маунтин Хай видят прелестную блондинку.
- Да, а теперь я вовсе не прелестная и не блондинка! – я была абсолютно несчастна. Может быть я и перегибала палку, но волосы были просто невыносимо оранжевыми.
Мама взяла меня за подбородок и подняла мое лицо вверх:
- Волосы у тебя могут быть даже зелеными, но это нисколько не умаляет твоей красоты.
- Ты моя мать и обязана утешать меня.
- Давай-ка вспомним, что ты здесь не для того, чтобы стать королевой красоты. Ты здесь из-за своего предназначения. Может быть, проблемы с волосами означают, что для тебя все будет не так легко, как в Калифорнии. На все есть причина.
- Да, и я надеюсь, что это очень веская причина.
- Ну, по крайней мере, краска скроет сияние и тебе не надо будет все время прикрывать волосы.
- Я так за себя рада.
- Постарайся использовать эту ситуацию, Клара.
И вот я здесь, использую ситуацию, будто у меня выбор есть. Я вылезла из машины и пробралась на дальнюю часть парковки, чтобы осмотреть серебристый пикап. На кузове сзади красовалась надпись – «Аваланш». Номерной знак – 99CX.
Он здесь. Я даже забыла, как дышать. Он. И правда. Здесь.
Теперь не оставалось ничего другого, как пойти в школу с этими безумными, неуправляемыми, невыносимо ярко оранжевыми волосами. Я немного понаблюдала за потоком учащихся, группками входивших в школу. Ученики смеялись, разговаривали и дурачились. Все они были абсолютно мне не знакомы. Все, за исключением одного, хотя он меня тоже не знает. Руки внезапно стали холодными и влажными, а в животе стали порхать миллионы бабочек. Никогда в жизни я не нервничала сильнее.
