Потом послышался треск раскалываемого дерева. Следующий мощный удар разрубил панель, скрывающую дверь. Филипп, ужасно бледный, но уже оправившийся от удара, вломился в комнату, вытолкнул на лестницу Розеллу, а потом подхватил на руки Клодин.
Они вышли из замка через кухню. По пути Розелла прихватила какой-то плед и укутала Клодин. Оставив ее на скамейке в саду, она побежала звонить в пожарный колокол, а Филипп бросился в нижнюю башенную комнату. Он раздвинул вьющийся плюш и распахнул приоткрытую дверь. Там, бросая стулья на пылающую у стены кучу мебели, стояла Маргарита. Ее волосы космами спадали на лицо, платье было испачкано и порвано. На полу лежал серебряный подсвечник, которым она ударила Филиппа на лестнице.
Маргарита заметила его, когда он уже вплотную подошел к ней. С пронзительным криком она отшатнулась назад и упала бы в огонь, если бы Филипп не удержал ее. Он потащил обезумевшую женщину к двери. Едва они выбрались на улицу, загорелись деревянные балки и перекрытия, превратив кладовую комнату в огромный адский костер. Филипп увидел, как Маргарита побрела через лужайку, и побежал к пожарным насосам, а в это время вдали показались первые спешащие на помощь крестьяне.
Сгорела вся башня и большая часть западного крыла. Сотни добровольцев, покинув фестиваль вина, приехали на пожар и всю ночь отважно боролись с огнем, качали воду, спасали ценную мебель и вещи. Но к рассвету башня превратилась в почерневший каменный остов, а густой дым все еще клубился из пустых оконных проемов сгоревшего крыла.
Сын Клодин родился при свете отдаленного пламени пожара в домике у ворот замка. С ней были Розелла и жена привратника, опытная повитуха. Однако доктор, задержавшийся с Себастьеном в дороге из-за скопления экипажей и зевак, ехавших поглазеть на пожар, успел вовремя и принял малыша.
Маргариту нашел Жюль. Его мать лежала под ивами у озера лицом вниз, наполовину в воде. Длинные волосы плавали на поверхности, как темные живые водоросли.
Себастьен и Филипп, все еще мрачные после тушения пожара, в грязных рубашках и без сюртуков, одновременно обернулись, когда в библиотеку вошла Розелла. Она была бледна и измотана, но улыбнулась с благодарностью Филиппу, который бросился к ней, чтобы усадить в подвинутое Себастьеном кресло.
– Как Клодин? – спросил Филипп. Он видел, как ее с сыном несли на носилках в замок.
– Спит, а малыш в колыбели. С ним няня. – Розелла печально взглянула на Себастьена. – Твоя мать. Я сожалею. Жюль рассказал мне.
Он горестно кивнул, принимая ее соболезнования.
– Филипп рассказал мне кое-что о случившемся. О плаче, который ты слышала в башне, и о том, как вы с Клодин попали в ловушку. Ты расскажешь остальное?
Розелла поведала обо всем, что произошло. Себастьен горько покачал головой, услышав, что его мать виновна в смерти Мари и нескольких попытках убить Клодин и Розеллу. Кульминацией стало стремление сжечь их заживо.
– Теперь я должен рассказать тебе и Филиппу то, что никогда не собирался никому рассказать, – мрачно начал Себастьен. – Мои сестры и брат не были посвящены в эту тайну, и я чувствовал, что ради их спокойствия должен оставить их в неведении. – Он сел на край письменного стола, а Филипп устроился на подлокотник кресла Розеллы.
– Едва ли нужно говорить, что твой рассказ останется между нами, – сказал Филипп.
Себастьен снова кивнул, его глаза остановились на Розелле.
– В ту ночь, когда ты, испуганная, встретила меня на лестнице, в потайной комнате произошло убийство. Я думал, тебе приснился кошмарный сон, но ты была в таком ужасе, что, уложив тебя в гардеробной, я отправился на расследование. Мне стало любопытно, потому что я знал легенду башни. – Себастьен подавил печальный вздох. – Тысячи раз я жалел, что не отправился спать, потому что стал невольным соучастником того убийства.
Он встал со стола и, прежде чем продолжить, медленно подошел к камину.
– Мою красавицу-мать всю жизнь баловали и нежили. Она вышла замуж за отца ради того, что он мог дать ей, а любовь и привязанность, которые должны были принадлежать мужу, отдала мне, своему первенцу. Страсть моего отца породила безумную ревность. Временами его деловые поездки длились неделями, и он начал подозревать, что у матери есть любовники. Но отец долго не догадывался, что его жена знает о потайной комнате, о которой ей рассказал старый слуга, показав заодно, как можно незаметно пробраться туда. По понятным причинам месторасположение скрытой от посторонних комнаты и секретных ходов в замке знал только глава семьи и в свое время открывал тайну старшему сыну. Отец никогда не имел связей с другими женщинами, но моя неверная мать вовсю использовала эту комнату. – Себастьен тяжело вздохнул. – В ту ночь отец неожиданно вернулся домой и застал мать с любовником. Он убил его. На ее глазах. Тростью с вкладной шпагой, которую всегда носил с собой. Крик матери испугал тебя тогда, Розелла.
– А что произошло потом? – тихо спросила она.