– Ну, это уж слишком. Хотя все они ненавидят друг друга и стараются уколоть побольнее.
– Это всего лишь на один вечер, Ирвинг! Ничего не попишешь, придется пойти на это ради того, чтобы поставить наконец точку во всей этой истории. А то мы с Дэни просто не можем спокойно работать.
– Ладно, – вздохнул Ирвинг. – Сегодня же скажу секретарше, чтобы обзвонила их всех. Не знаю только, как мы с вами переживем этот вечер. Ведь там будет настоящий бедлам.
Рокси явилась немного раньше назначенного времени. На ней были красные развевающиеся одежды, и она распространяла вокруг сильный аромат духов. На ногах ее были красные шелковые тапочки, на голове – шелковый тюрбан, из-под которого выбивалась прядь волос, окрашенных в ярко-рыжий цвет. Губная помада цвета апельсина подчеркивала глубокие морщины. Однако странный эффект, производимый экстравагантной внешностью Рокси, полностью сводился на нет от одного взгляда ее ясно-голубых глаз, лучившихся добротой. Рокси тепло поприветствовала Сайласа и Дэни, как давних знакомых.
Дон Мунглоу была немного сдержаннее матери, но тоже весьма приветлива. Брючный костюм и огромные круглые очки делали Дон похожей на мужчину. Судя по ее виду, она собиралась сделать какое-то важное заявление.
– Простите, что я раньше времени, – произнесла Рокси, – но мне необходимо настроиться. Посидеть в тишине, помедитировать. Но прежде всего я хотела бы обойти дом.
Последнее заявление насторожило Дэни. Неужели Рокси тоже охотится за дневником? В глазах Сайласа можно было прочесть тот же вопрос.
– Вы позволите мне вас сопровождать? – спросил Сайлас, стараясь быть как можно вежливее: не стоит ссориться с Рокси, по крайней мере до конца сеанса.
– Разумеется, ради Бога! – откликнулась та, не заподозрив подвоха. – Вы, Дэни, тоже можете присоединиться к нам. Это не только в ваших интересах, но и в моих – если в доме что-то пропадет, я не хочу нести за это ответственность.
У Дэни отлегло от сердца: значит, Рокси не охотится за дневником.
– Да, – ворчала Рокси, поднимаясь по ступенькам, – и впрямь старость – не радость! Когда-то я взлетала по этой лестнице как на крыльях! Вон там, – она жестом показала в направлении северной галереи, – были мои комнаты. Мне нравилось жить на самом верху. Иногда я воображала себя чайкой. Дон, когда приезжала меня навестить, – Рокси с любовью посмотрела на дочь, – останавливалась в комнате рядом с моей. Однако приезжала она довольно редко.
Дон виновато улыбнулась.
– Впрочем, – Рокси потрепала дочь по плечу, – я тебя не виню. Ты была молода, хотела самостоятельности… – Она повернулась к Сайласу и Дэни. – Прошло много лет с тех пор, как мы с Моррисом развелись, но он всегда держал эту комнату свободной для меня. Говорил, что я могу навещать его в любое время, когда захочу. Он держал комнату не только для меня – для каждой из своих жен.
– Странно! – произнес Сайлас.
– Моррис вообще был оригиналом. Я безумно его любила, но… – Старуха смахнула набежавшую слезу. – Но я была не той женщиной, которая ему нужна. Нет, он меня ни в чем не упрекал, просто я это чувствовала. Мне казалось, он женился на мне, чтобы заглушить душевную боль. Это, пожалуй, и было главной причиной того, что мы расстались.
Рокси помолчала и со вздохом продолжила:
– В Морриса просто невозможно было не влюбиться. Едва познакомившись с ним, я потеряла голову. – В голосе Рокси звучала печаль. – Э, да что теперь говорить, все давно в прошлом… Не знаю, удастся ли выйти на связь с его духом, во всяком случае, попытаюсь.
Дэни слушала Рокси вполуха. Та, казалось, задалась целью обойти весь дом, заглянуть в каждую комнату, будто собиралась его покупать.
Неожиданно Рокси остановилась – на том самом месте, где Дэни впервые явился призрак Морриса. Рокси медленно повернулась к Дэни.
– Я чувствую боль потери, – произнесла она. – Здесь было утрачено что-то очень важное.
– Здесь кто-то умер? – спросил Сайлас. Тон его был немного скептическим, что не укрылось от Рокси.
– Нет, – мотнула та головой. – Просто здесь кто-то стоял, жалея о чем-то утерянном.
Дэни хотела сказать, что именно здесь видела Морриса, но воздержалась.
– Я никогда не могла понять, зачем Моррис купил этот огромный дом, ведь на его содержание уходила масса денег.
Дэни ожидала, что Рокси сейчас объяснит, зачем понадобился Моррису этот дом, но она не проронила больше ни слова и пошла дальше.
Перед комнатой с потайным ходом – бывшей спальней Дэни, где ей тоже часто являлся Моррис, Рокси снова остановилась.
– Какое странное смешение энергий! – Старуха подняла руки ладонями вверх, встряхнув своими широкими рукавами как крыльями. – Кто-то здесь недавно пережил страх. Сомнение, отчаяние, внутренняя борьба… И еще что-то злое, темное. – Рокси поморщилась. – Здесь был кто-то, замысливший некое злое дело. В дом в последнее время не проникал никто посторонний? – обратилась она к Сайласу и Дэни и, не дождавшись ответа, продолжила: – Мне кажется, это как раз то самое зло, о котором меня предупреждал Мустафа. Помнишь, Дон?
– Да, конечно, – откликнулась та. Рокси повернулась к Сайласу и Дэни:
