Миссис Дженнер оказалась пухлой женщиной лет пятидесяти. У нее, должно быть, было ангельское терпение и железные нервы, поскольку она не возразила и не возмутилась более чем странной просьбе мужчины, разбудившего ее посреди ночи, и не испугалась, даже почти не выразила никаких признаков удивления при виде Эйлар.
— Я займусь этим, сэр, — кивнула миссис Дженнер.
— Буду вам очень признателен, мэм. Когда вы отмоете это чудовище, приведите ее ко мне. Я буду у себя в кабинете.
— Хорошо, сэр.
Мужчина кивнул и вышел.
Мисси Дженнер окинула Эйлар критическим взглядом, должно быть, прикидывая, сколько ведер воды и кусков мыла ей придется извести, чтобы отмыть ее добела.
— Ну что ж, — проговорила она, — пошли.
Их путь лежал в ванную комнату. Миссис Дженнер велела Эйлар полностью раздеться и залезть в ванну. Ее одежду она, брезгливо морщась, затолкала в какой-то мешок и поскорее унесла.
Девочка сидела в ванне съежившись и прижав к себе колени. Теперь уж точно ни о каком бегстве не могло быть речи. Куда она может пойти голышом?
Миссис Дженнер пришлось три раза сменить в ванне воду, но в конце концов она добилась своего. Эйлар стала такой чистой, какой не бывала сроду.
Протянув девочке большое полотенце, женщина велела ей вытираться, чему-то недовольно хмурясь, а сама снова вышла. Вернулась спустя несколько минут, принеся с собой ворох вещей. Там было нижнее белье, да такое, какое Эйлар в жизни не носила и даже не видела, платье и башмачки. Одев девочку, миссис Дженнер помедлила и спросила:
— Тебя били?
— Угу, — равнодушно отозвалась та.
Тот факт, что ее били, давно не производил на нее впечатления. Она к этому привыкла.
— У тебя рубцы, — добавила женщина и покачала головой, — ладно, иди за мной.
Мокрые волосы были вычесаны, высушены, смазаны какой-то жидкостью, от которой у Эйлар начало щипать в носу, а потом заплетены в две косы, довольно длинные, спускающиеся ниже ключиц за спину.
Повертев Эйлар из стороны в сторону, женщина вынесла свой вердикт:
— Оказывается, ты симпатичная девочка, — сказала она, — но вот мыться следует чаще.
Эйлар хотела ей сказать, что если б у нее была возможность, она мылась бы каждый день, но не стала. Зачем?
— Пойдем, — миссис Дженнер взяла ее за руку.
Девочка снова начала испытывать беспокойство. Она прекрасно помнила слова того страшного человека: вымыть, а потом выпороть. Она попыталась отнять свою руку, но женщина держала крепко.
— Не бойся, — сказала она, — ничего страшного там с тобой не случится.
Это Эйлар мало утешило. Она видела, на что способен тот человек и знала, что натворила. Обычно, если вора ловят на месте преступления, его отправляют в тюрьму, независимо от его возраста и пола. А уж там, в тюрьме ее ничего хорошего не ждет, это точно.
На месте девочки другие дети уже давно плакали бы и звали маму. Но у Эйлар не было мамы, и рассчитывать она могла только на себя.
Кабинет хозяина дома оказался в комнате, где девочка не побывала. Войдя, она первым делом стрельнула глазами по сторонам, единым махом охватив все помещение. Окно одно и оно заперто. Другого выхода нет. Появилась и еще одна мысль, непрошенная: здесь почти нечем поживиться. Но это уже больше по привычке.
Хозяин дома сидел за массивным столом в кресле и сейчас разглядывал Эйлар в упор.
— Так, — сказал он наконец, — теперь это создание больше похоже на человека. Спасибо, миссис Дженнер. Вы можете идти.
— Сэр, я хотела бы кое-что сказать, — отозвалась женщина.
— Да?
— Эту девочку били, причем, регулярно. У нее вся спина в рубцах.
— Должно быть, это было очень больно, — сказал он без излишнего сочувствия, — я понял, миссис Дженнер. Спасибо.
Миссис Дженнер кивнула и вышла за дверь, плотно прикрыв ее за собой. Не мешкая, Эйлар кинулась следом и вцепилась в ручку, пытаясь открыть. Но у нее ничего не вышло.
— Не трудись. Она заперта. Подойди сюда.
Девочка поняла, что спорить бессмысленно. Медленно повернувшись, она сделала пару шагов вперед.
— Ближе, — велел ей мужчина.
Еще шаг.
— Ближе. Видишь стул? — он указал немного вбок, — садись.
Эйлар повернула голову и посмотрела на стул. Чуть помедлив, села.
— Ну? — произнес хозяин дома, — ты знаешь, кто я?
Она покачала головой.
— Сначала нужно было это выяснить, а уж потом залезать ко мне в дом.
Этого он мог бы и не говорить. Эйлар давно поняла это.
— Значит, тебя били, причем, регулярно, — он хмыкнул, — видимо, не у одного меня возникло такое желание. И давно ты этим занимаешься?
— Чем?
— Кражами.
— Первый раз.
— Это неправда.
— Я впервые влезла в чужой дом, — пояснила Эйлар, — вообще, я тырю кошельки у прохожих.
— Что ты делаешь? — мужчина приподнял брови.
— Тырю…
— Надо говорить: краду. Это тоже кража.
Девочка промолчала.
— И как часто тебя ловят?
— Вы первый.
— Да? Я польщен. А кто украсил твою спину рубцами?
— Дани.
— Кто такой Дани?
— Мой учитель.
— Боже, у тебя есть учитель? — кажется, он серьезно изумился, — и чему он тебя учит?
— Воровать кошельки.
