Новогодняя сказка прямиком из самого далёкого и холодного уголка Земли, которая наполнит ваши сердца теплотой и ощущением праздника.
Дедушка умер, когда Сулук было всего-то пять лет. Она помнила его урывками, фрагментами. Его большие теплые руки, пахнущие табаком, его белую бороду, заплетенную в смешные косички, лучики морщинок вокруг глаз, когда он улыбался…
Дедушка любил рассказывать маленькой внучке сказки. Самой любимой была история про тотем. У каждого человека есть своё животное-покровитель, которое призвано оберегать и защищать его в течение жизни. В честь него создаётся тотем – деревянное изображение хранителя. У дедушки это был северный олень – воплощение терпения и мудрости.
Жизнь оленей тяжела – стадам, возглавляемым сильным и опытным самцом, приходится кочевать по всей тундре в поисках лучших мест для выпаса. Зимой эти животные отважно сражаются с холодами и метелью и выживают лишь благодаря своему упорству и сильному телу. Дедушка и сам напоминал Сулук оленя – он был таким же спокойным и умным, легко разрешал любые споры, возникавшие между соседями, и всегда заботился о своей семье. Мама рассказывала, что однажды он сразился с волком, когда тот напал на них с бабушкой в тундре. Говорят, хищник тогда убежал восвояси, поджав хвост, а дедушка как ни в чем ни бывало вернулся домой и никогда не хвастался этой победой, говоря, что он просто защищал своих родных.
Но даже самые сильные и храбрые не вечны. Пришел день, когда дедушка покинул этот мир, чтобы стать частью мира духов, вечно танцующих в небесах. Перед смертью он отдал своей тотем Сулук.
– Придёт день и ты найдешь свое животное, – сказал дедушка, вкладывая в руки внучки тёплую и гладкую фигурку, – а пока – сохрани этот тотем, он поможет тебе в трудную минуту и всегда будет напоминать обо мне. Знай, что я всегда буду любить тебя.
Тогда Сулук ещё не понимала, что дедушки скоро не станет, поэтому просто обрадовалась подарку – ей всегда нравился искусно вырезанный из дерева олень, но играть с ним никогда не разрешалось, потому что тотем – это оберег, а не игрушки.
В тот день девочка ушла домой счастливая, крепко сжимая в руках этот подарок, и не понимая, почему мама плачет. Ну а дедушку она больше не видела. Родственники, соседи, знакомые, – вся деревня горевала по мудрому и доброму старику. Внучка же не совсем понимала, что происходит, а потому не особо грустила.
* * *
С тех пор прошло десять лет. Сулук отрастила косы ниже пояса, начала вышивать свадебную рубашку для будущего мужа, ходила в школу, в старшие классы, где неплохо успевала по многим предметам. Хотя отец девочки недавно оставил ремесло оленевода в пользу более денежного, семья её жила в яранге за городом, опасаясь пока насовсем отказываться от традиционного уклада.
Всё в ней было ладно: волосы черные, фигурка стройная, родители одевали её как принцессу – в белый олений полушубок и унты, не скупились на бусы и серёжки. Всем хороша девка, да вот беда – больно уж своенравная да гордая росла. Не было в ней смирения, не было кротости – важнейших качеств будущей невесты.
Сулук на всё имела свое мнение и не боялась его высказать, за что её очень не любили некоторые учителя и одноклассники.
В тот день девочка как обычно возвращалась из школы. Настроение у неё было прекрасное, несмотря на сильный мороз – завтра Новый год и всё вокруг дышало праздником: огромная ель в холле школьного здания, весёлые учителя, совсем не строго спрашиваюшие уроки, витрины магазинов подмигиваюшие яркими лампочками гирлянд, – всё это вселяло в сердца прохожих ожидание чуда.
Сулук хотелось поскорее домой. Мама наверняка уже готовила праздничный обед, ожидая её возвращения. Хоть большинство детей в мире в этот день уже не училось, в маленьком городке за полярным кругом занятия заканчивались тридцать первого декабря, а каникулы длились целый месяц. Так дети оленеводов могли больше времени провести с родными.
От школы до дома было совсем недалеко – примерно полчаса ходьбы. Но едва здание скрылось за сопкой, путь ей преградило пятеро мальчишек. Крепкие, выше её на голову, на лицах играют ехидные ухмылки.
– Куда спешишь, красавица? – насмешливо спросил их главарь, – домой торопишься?
– Может и тороплюсь, тебе-то что? – нахмурились девочка.
– Какая ты неласковая! Как разбогатела, так сразу всё, нос задрала, не хочешь поболтать со старыми друзьями? Ай-яй-яй, неужели не стыдно?
Сулук крепче сжала ремень школьной сумки:
– Мы никогда не дружили, Кодьяк! И прекрати ко мне цепляться, никто не виноват, что мой отец получил хорошую работу на большой земле, а твой до сих пор выменивает у геологов из города шкуры и сало на водку и сигареты!
– Ах вот как? Между прочим, если бы не твой папаша, это у моего отца сейчас была бы эта работа! – зло прорычал парень.
– Никто не заставлял его напиваться в стельку и пропускать испытательный день, – отрезала Сулук, – а теперь пропусти, мне действительно надо поскорее вернуться.
