– Я тебя предупреждал, ты не послушалась, – рычит жених ей в лицо, – Теперь пеняй на себя.Он все такой же красивый, как и на их первой встрече.– Сама о разводе умолять будешь, – продолжает сыпать угрозамиА она только крепче поджимает губы. Потому что должна выдержать, от ее молчания зависит слишком многое.Главное теперь ей не поддаться своим чувствам и не влюбится в того для кого она лишь пустое место, помеха в жизни, которая лишила его права быть с девушкой, которую он любит.Он проведёт ее через все круги ада чтобы наказать. А ей остаётся только пытаться уберечь свое сердце.Этот брак не по любви, а по договоренности родителей. И мужчина зол, что вынужден жениться не на той, которую любит, а на избалованной девчонке, которая приносит одни проблемы.
– Папа, пожалуйста, нет, не надо! – слезно молит молодая девушка, отчаянно вертя головой в разные стороны.
Ее слова звучат скорее как тихий скулеж, чтобы другие ее не услышали, но отчаянье, звенящее в них, могло бы тронуть сердце любого, и даже его, но только не сейчас. Потому что в его взгляде полыхает пламя. Мужчина с трудом удерживается на месте, чтобы не сделать то, о чем в будущем может пожалеть, он лишь сильнее стискивает свои кулаки и продолжает сверлить ее грозным взглядом.
– Ты меня уже опозорила один раз, второго я не выдержу. Я должен быть уверен.
Мужчина открывает дверь и буквально толкает туда девушку, но не прикасаясь, одним лишь своим темным, как ночь, взглядом.
Опустив голову, боясь поднять глаза, она смиряется с неизбежностью и проходит вглубь комнаты, а когда слышит, как захлопнулась за ней дверь, вздрагивает. Вдруг осознав, что окончательно попала в капкан. Страх сковывает ей руки и ноги, и она бы бежала уже отсюда, сверкая пятками, но из-за опасения вызвать еще больший гнев отца, который может обрушиться уже на ее мать, она все еще стоит на месте.
– И так без очереди тебя принимаю, – гнусаво возмущается тучная женщина в белом халате, – так ты еще и время тянешь. Заходи быстрей, все ниже пояса снимай, – голосит она на свою посетительницу.
– Прям все-все? – неловко интересуется девушка, а скорее пищит, покраснев до корней волос. – Я… я еще никогда не была с…
– Маме будешь рассказывать, что девственница! Спят со всеми подряд, а потом зашиваться приходят, знаем, проходили. Давай на кресло взбирайся, быстро, у меня еще толпа в очереди.
Делая шаг, второй, девушка, волнуясь, преодолевает расстояние до кресла, раздевается, как указала женщина, и под ее же нетерпеливые вздохи садится в кресло.
– А ноги кто будет раздвигать?! Подняла сюда и поставила каждую, – резко указав на особенность гинекологического кресла, подпирает она свои тучные бока.
Девушка неловко поднимает ноги и, прикрыв руками сокровенное местечко, со страхом ждет дальнейших действий докторши.
– О, приплыли, – гинеколог грубо отталкивает руки девушки и нагибается ниже, одновременно пальцами проникая в девушку, заставляя тут взвизгнуть от боли.
– Надо же, не соврала. Девственница. Все, слезай. Иди, зови его, обрадуем твоего отца.
Все в девушке кипит от стыда вперемешку с яростью. Она подверглась такому унижению благодаря отцу!
Быстро одевшись, она распахивает с грохотом дверь и, с ненавистью посмотрев на отца, ничего ему не говоря, проходит мимо. В висках пульсирует лишь одна мысль: «Скорее, скрыться отсюда, смыть с себя эту грязь чужих противных рук, и слов».
– Дарина, ты куда, постой! – кричит ей вслед отец, но она его не слушается и пускается вперед бегом.
Он сейчас узнает новость, в которой так хотел удостовериться, и успокоится. А пока ей самой надо прийти в себя.
Дарина проходит мимо машины отца, размазывая горькие слезы по лицу. В очередной раз задаваясь вопросом, за что ей это все?!
Она всегда следовала указаниям строгого отца. Волосы не красила, ниже лопаток отпустила, никаких модных стрижек и тому подобных современных веяний молодежи, косметикой почти не пользовалась, короткие юбки не носила, в соцсетях не зависала, фотки свои не выкладывала в инсту… И вроде все было хорошо, она надеялась, что после школы он отпустит ее учиться в столицу, получить высшее образование… А теперь… один легкомысленный поступок перечеркнул все, к чему она стремилась всю свою жизнь. Отец настроен очень решительно и никакие уговоры, слезы и истерики на его решение не могут повлиять.
Дарина не спешит домой, она бежит к своей единственной подруге, вместе с которой попала в передрягу, желая узнать, как у нее дела. Но когда приходит к ней домой, дверь ей открывает отец одноклассницы. Он смотрит потерянным взглядом на гостью. Выглядит заспанным.
«Наверное, с ночной смены, а я его разбудила», – мелькает в уме девушки, но она все же задает свой вопрос:
– А Талию можно?
– Ох, Даринка, Даринка… – мужчина измученно потирает глаза, пытаясь проснуться, – ее не отпускают. Это тебе еще семнадцать, а Талия стала совершеннолетней за день до того, как вас забрали менты. И ее не отпустили со мной, она уже должна отвечать перед законом сполна.
При этих словах Дарина от ужаса прикрывает лицо руками, не веря, что такая же невинная, как она сама, подруга будет отвечать за проступок других.
– Поэтому она до сих пор у них, – продолжает объясняться отчаявшийся отец подруги. – Сегодня я узнаю контакты своего армейского друга и попробую воспользоваться его связями. Это моя последняя надежда.
– Я поговорю с отцом, мы вытащим ее. Как-то же он меня освободил! – нервно восклицает девушка. – Я не оставлю ее там! Она, как и я, жертва обстоятельств. Вы же верите, Сергей Петрович? – с надеждой в голосе спрашивает девушка. Она очень надеется, что хотя бы отец подруги поверит ей, ведь ее собственный никаких оправданий слушать не хотел.
– Конечно, ребенок! – как всегда отец Талии назвал Дарину.
