Макс посмотрел на брата, пытаясь понять по его лицу, что он мог скрывать, но брат, размахивая длинной сухой палкой, беззаботно шагал вперед.
«Он ничего не знает», – подумал Макс. «Отец ему не звонил». Или делает вид, что ничего не знает.
У входа в сад стояло множество машин – будто бы что-то произошло. Здесь был и довольно большой автобус с надписью «1 канал» и желтый уазик с красной чертой на борту и буквами «Аварийная», серый грузовик с опущенным бортом – возле него, поглядывая на металлический шкаф с торчащими проводами, курили двое рабочих в грязных спецовках «Россети».
Под ногами то и дело что-то хрустело и Макс не сразу понял, что именно, но когда присмотрелся, то от удивления даже нагнал Андрея и взял того за локоть.
– Смотри, ты видел?
– Что?
Макс показал под ноги. Там лежали десятки, сотни, тысячи мертвых насекомых самых разных видов – целый ковер божьих коровок, кузнечиков, сверчков, мелких мошек и комаров, каких-то и вовсе экзотических тварей, наименования которых Макс не знал.
– О-о, – только и смог сказать Андрей. – Кто-то, похоже, переборщил с ядохимикатами. – Всюду он находил рациональные объяснение и довольно толковое, такое, что и не придерёшься.
Они шли по гравийной дорожке, выбирая места почище. Слышать, как под ногами трещат хитиновые оболочки мертвых насекомых было невыносимо.
– Думаешь, кто-то траванул?
– А что же еще? Ясное дело. Теперь только выяснить – дело рук правления сада, либо же кто-то самостоятельно устроил этот мор… А вот и полиция…
У поворота к зданию правления «Сада №9» застыла полицейская машина. Возле ее двери, оперевшись на распахнутую дверь, стоял полный мужчина в форме. Макс тут же вспомнил, что это их участковый из опорного пункта неподалеку.
– Ну вот, я же говорил, – в голосе Андрея почувствовалась нотка торжества. – Правление проявило инициативу по травле насекомых. За что и поплатятся. Самоуправство плюс нарушение пользования земельным фондом… мало не покажется.
В такие моменты Макс ненавидел брата. Тот собирался поступать на юрфак и при каждом удобном случае щеголял своими знаниями.
– Правление устроило мор? – весело спросил Андрей капитана, когда они поравнялись с полицейским автомобилем.
Тот повернул голову. На его каменном лице не отразилось ни единой эмоции, серые глаза равнодушно скользнули по двум подросткам и затем он отвернулся, будто не услышал вопроса.
Андрей посмотрел на брата, удивленно вскинул брови, но промолчал.
У самой двери правления стоял микроавтобус с эмблемой следственного комитета. Двое сотрудников выносили из двухэтажного здания коробки с бумагами.
– Ну вот! Теперь видишь?! – торжествующе воскликнул Андрей.
Макс кивнул.
Жара усиливалась. Истекая потом, волоча тяжелые рюкзаки, они доковыляли до своего дома. Калитка на удивление была распахнута, однако на участке никого не было.
Они вошли в дом. Прохладный воздух подействовал отрезвляюще.
– Ма-ам? Па-ап? Мы приехали!
Дом молчал. В прохладной тишине было слышно, как на кухне бьется муха о стекло.
– Мам, где вы? – крикнул Андрей, скидывая рюкзак. Он прошел на кухню, потом в зал, затем быстро поднялся на второй этаж. Макс слышал его шаги, перемещающиеся от одной комнаты к другой.
Затем брат перевесился с лестницы и развел руками:
– Их тут нет. Может, в теплице? Иди глянь, а?
Макс сбросил рюкзак и вышел из дома в палящую жару. Они могли быть и в теплицы, и в сарае за теплицей и где угодно. Но чем ближе Макс подходил к теплице, тем отчетливее понимал, что их там нет. Их вообще нет. Странный холодный озноб пронзил его, когда он открыл дверь парника. Раскаленный влажный воздух обдал его с головы до ног. Макс пошатнулся и тут же закрыл ее. Он проверил сарай и позади него, где лежали штабеля досок, на всякий случай заглянул в колодец, на водной глади которого, точно на вчерашней луне, застыла гигантская водомерка.
Обежав весь участок, он понял, что их тут нет. Тем временем, Андрей вышел из дома.
– Ну что? – спросил он.
Макс развел руками.
– Нет. Их нигде нет.
– Мм.. где же они могут быть? Если дверь открыта, может… у соседей?
Макс тут же вспомнил, что… отец говорил что-то про Мартына и автоматических посмотрел на старый, вросший в землю дом, ставни которого всегда были закрыты.
– Кажется, я знаю, где они, – сказал он брату.
– Ты знаешь, где они? И где же?
– Там, – Макс указал пальцем в сторону покосившейся от веса плодов груши. – Они там. Пойдем.
Андрей скептически покачал головой.
– Да ну брось. Ты имеешь ввиду соседа? Мы же с ним не общаемся.
Макс показал на ведро, стоящее у двери дома. Оно было доверху наполнено спелыми грушами – некоторые из них выкатились и лежали на дорожке.
– У нас таких нет, – сказал он.
Тем временем плотная занавеска на окне соседского дома приподнялась и тут же опустилась на место. Но браться этого не заметили.
– Идем? – спросил Макс.
Андрей вздохнул.
– Ну ладно, пойдем посмотрим.
Кажется, отец говорил что-то про груши. Что сосед позвал собрать ведро… и потом… Нужно рассказать все брату. Он найдет выход, вместе легче.
– Слушай… – вырвалось у Макса.
Брат, который шел впереди, остановился и повернулся в его сторону.
– Что?
