– Я не о том! – простонала молодая женщина. – Скажите, из-за этой пуповины ребенок может умереть?
Врач не ответил. Он смотрел поверх пациентки, на приборы. Вероника не могла повернуть голову, но она прислушалась. Внезапно ей стало не по себе: попискивание прибора прекратилось.
Доктор нахмурился. Он повернулся к ассистентам и резко проговорил:
– Придется делать кесарево сечение. Готовьтесь к операции!
Все засуетились.
– Нам надо перевезти вас в соседнюю операционную, – сказал врач.
– Фернандо! – испуганно воскликнула Вероника.
– Я здесь, – отозвался муж.
– Будь все время со мной, ладно? – попросила Вероника, крепко сжимая его руку.
– Конечно, любовь моя… Слава богу, времена, когда мужу не позволяли находиться рядом с супругой во время родов, давно миновали…
После его ответа женщина неожиданно успокоилась. Два санитара на каталке перевезли Веронику в другую операционную.
– Приехали! – услышала Вероника.
Присутствующие стали готовиться к операции. Медсестра подошла к каталке и сказала, успокаивающе глядя пациентке в глаза:
– Все будет хорошо, вот увидите. Ведь это не первый случай у нас…
Веронике дали наркоз.
– Прошу вас считать от ста до единицы, – сказал доктор. – Медленно, вслух. Так, чтобы слышали мы…
Он внимательно посмотрел женщине в глаза. Вероника согласно прикрыла веки, потом перевела взгляд на мужа, стоящего рядом.
– Я здесь, малышка! – снова успокоил жену Фернандо.
Вероника кивнула ему и начала считать:
– Сто… Девяносто девять… Девяносто восемь…
Мысли путались. Наркозная маска заглушала ее голос. Женщине казалось, что ни муж, ни врач не слышат, как она считает. А ведь доктор просил считать так, чтобы всем было слышно! Вероника повысила голос:
– Девяносто семь! Девяносто шесть!
– Не надо так кричать, – неожиданно заметил врач. – Мы вас прекрасно слышим. Считайте немного тише, сосредоточенно…
Но сосредоточиться становилось все труднее и труднее. Мысли разбегались, Вероника неожиданно забыла обратный порядок цифр.
– Девяносто… четыре… – шептали ее губы. – Девяносто… четыре…
Вероника наконец вспомнила, что следом идет «девяносто три». Но назвать эту цифру не успела. Ее веки опустились, и она заснула.
– Наркоз подействовал! – отметил врач. – Теперь за дело, быстро! – доктор посмотрел на Фернандо. – Прошу вас отойти в сторону, вы нам мешаете.
Монтейро сделал шаг назад. Сестра подключила капельницу.
…Монтейро стоял в операционной и молча слушал, как звякают медицинские инструменты, как переговариваются врачи, как шумят приборы. Он не особенно видел Веронику из-за спин докторов.
Неожиданно тишину комнаты прорезал детский плач. Фернандо вздрогнул.
– Накладывайте шов, коллега! – сказал доктор напарнику и повернулся к Монтейро: – Разрешите поздравить вас, сеньор! Вы стали отцом!
Когда Вероника очнулась, она увидела, что лежит в чистой палате, перед кроватью стоит улыбающийся Фернандо и бережно держит в руках белоснежный кружевной сверток.
– Доброе утро, мамочка! – приветствовал ее муж.
– Что? – не сразу поняла Вероника. – Господи, Фернандо, неужели это мой ребенок?
– Девочка, Вероника, девочка! – воскликнул Монтейро, расплывшись в улыбке.
Он наклонился к жене и положил ребенка рядом с ней.
Вероника с волнением уставилась на дочь, которая хмурила во сне розовое личико.
– Господи, Фернандо! – воскликнула она. – Я так счастлива! А ты рад, что у нас теперь есть дочка? Ты только посмотри, какая она хорошенькая!
Вероника нежно дотронулась пальцем до щечки ребенка.
– Фернандо, я, наверное, еще не пришла в себя… – она застонала от боли. – У меня такое впечатление, что доктор забыл меня зашить! Такое странное ощущение, когда нет огромного живота.
Она попыталась сесть.
– Осторожней, любимая!
Вероника охнула. Фернандо помог ей, подложив под спину взбитую подушку. Вероника взяла дочку на руки.
– Боже мой, Боже мой! – несколько раз повторила молодая мать. – Как ты думаешь, на кого она похожа?
– Думаю, на тебя!
– Нет, ты ошибаешься. На меня она немного похожа, но в основном наша дочка – твоя копия!
Вероника с нежностью посмотрела на дочь.
– Мы назовем ее Валентиной! – сказала она. – Ты не против?
– Валентина? Прекрасное имя! – кивнул муж. – Я нисколько не против. – Он присел на край кровати, склонился над женой и тихонько стал напевать.
– Как я раньше не заметила, что у тебя неплохой голос! – заметила Вероника.
– Ты не заметила во мне еще много других достоинств, – ласково сказал Фернандо и продолжил:
Прошло три года.