За примерами ходить было недалеко.
Собираясь в это утро в первый раз к новому врачу, тому самому светилу, которое отыскал для нее Валдомиру, она вышла из дома пораньше, думая сесть в автобус.
Валдомиру тут же отдал распоряжение шоферу, чтобы тот отвез сеньору Инес в больницу и вообще был в течение дня в ее распоряжении.
- Я прекрасно доеду на автобусе, я привыкла, - возразила она. – Я не хочу причинять тебе лишние хлопоты.
Глаза Валдомиру обрадовано заблестели, а она осеклась, сообразив, что явно сказала лишнее.
- Ну-ка, ну-ка, а к чему ты привыкла еще? – стал он ее расспрашивать.
Но она уже заметила свою оплошность и снова держала себя в руках, виновато улыбаясь и всем своим видом показывая, что ей нечего ответить на этот вопрос.
- Вот увидишь, память к тебе вернется, - принялся он ее обнадеживать. – Ты же видишь, уже что-то вспоминаешь.
Она улыбнулась, но ей так хотелось заплакать. Заплакать, броситься на шею этому доброму, доверчивому человеку и отвечать добром на добро и доверием на доверие!
Этому своему желанию она не смогла противостоять, когда он обнял ее, желая утешить после визита к врачу. И не кривила душой, когда сказала его дочери, что их поцелуй был поцелуем любви. Она чувствовала, что этот человек для нее дороже жизни. Ради него она готова была на все. Да, на все, и поэтому вот уже два дня дозванивалась до Клариси, желая с ней встретиться, но той не было дома.
Выйдя из офиса Валдомиру, чувствуя, как горит у нее на губах его поцелуй, она распорядилась отвезти ее к бюро, где работала Клариси. Ей необходимо было повидать своего адвоката. Откладывать встречу она больше не могла.
Клариси оказалась на месте и была немало удивлена визитом своей клиентки. Они были в кабинете одни, и она могла говорить не стесняясь.
- Как ты могла ко мне сюда заявиться? Ты же потеряла память! – возмущенно выпалила Клариси вместо приветствия. – Ты должна быть все время начеку, не дай Бог, выдашь себя и пиши пропало!
- Вот и прекрасно! – вместо извинений ответила Инес. – Я больше не могу притворяться.
- Но ты же не предашь меня! Ты же обещала! И свою часть договора я выполняю. – Клариси была возмущена и напугана.
- Я сама не знала, что беру на себя, - возражала Инес. – Все получается совсем не так, как т хотела, и я чувствую, что кончится все плохо. Меня всю прощупывают, изучают,просвечивают. А визиты к психиатру чего стоят! Я этого не выдержу! Я этого не хочу!
В голосе Инес звенели слезы, но Клариси смотрела на нее со снисходительной улыбкой.
- Такие перепады случались у тебя и раньше. Ты едва не плакала, когда я оставила тебя возле «Мармореала», а потом успокоилась и все пошло как по маслу. Все, что ты говоришь, неубедительно, Инес, особенно после того, что я для тебя сделала!
Клариси произнесла последнее слово с особым значением и нажимом.
- Но я его полюбила! – Инес безудержно разрыдалась и продолжала говорить сквозь слезы: - Я не могу пользоваться его добротой!
Глаза Клариси радостно вспыхнули.
- Но это же прекрасно! Об этом можно было только мечтать! Двое взрослых людей полюбили друг друга! Я предполагала такой вариант, но не думала, что это случится так скоро!
Она говорила быстро и возбужденно, и по всему было видно, что она довольна случившимся. Инес следила за ней, и слезы на ее глазах мало-помалу высыхали.
- Ты ничего не понимаешь! Вернее, не хочешь понять, - заговорила она. – Ты не слышишь, что я тебе говорю. А говорю я тебе следующее: оставь меня в покое! Я больше туда не вернусь!
- Ты меня шантажируешь?! – Клариси, возбужденно расхаживавшая по кабинету, резко остановилась перед Инес. – Ты что о себе возомнила? Тебе показалось, что ты можешь меня остановить? Мне стоило такого труда довести дело до этого момента, и не тебе заставить меня отступить! Ты останешься в этом доме! Ты меня поняла?
- Нет! – Инес собрала всю свою решимость. У Клариси был серьезный союзник – любовь Инес к Валдомиру, эта любовь не хотела умирать, она хотела жить и жить счастливо.
- Я поклялась отомстить этой семье и отомщу ей! – продолжала Клариси. – Я не собираюсь ломать свою жизнь из-за этой семьи.
Инес, раздираемая жаждой быть рядом с любимым человеком и готовностью к самопожертвованию, не слышала ее. Ее била лихорадка. Впервые в жизни на ее долю выпало счастье, огромное, безмерное и неужели она должна была отказаться от него?
- Если ты и в самом деле полюбила, то неужели можешь вот так ни с того ни с сего взять и уйти?
Клариси с наигранным любопытством и ненаигранным возмущением смотрела на Инес, и та, понурив голову, слабым голосом ответила:
- Нет! Не могу!
Эти слова прозвучали как вопль о помощи, как жалоба, но Клариси услышала в них только эхо шагов неумолимой мести, которая придвигалась все ближе и ближе.
- Я знала, что ты – человек разумный и возьмешь себя в руки, - деловито похвалила она подавленную, страдающую Инес. – Минуты слабости бывают у всякого. Я тоже издергана, у меня масса неприятностей. Ты же у меня не единственная клиентка!
