– Не было дня, чтобы я о нем не думала. Постепенно боль утихла, но я никогда его не забуду. Он был необыкновенным человеком!
– Но теперь вы любите Рэндалла, не правда ли? Глорианна наклонила голову, чтобы Морган не мог видеть выражения ее лица.
– Да. Я не могла жить одна. Рэндалл казался мне очень сильным. Он постоянно заботился обо мне, и я бесконечно ему благодарна.
Морган понимал, что Рэндаллу не составило особого труда убедить несчастную вдову в том, что он ей необходим.
– Я желаю вам только счастья, Глорианна, – повторил он, с трудом сдерживая негодование. – Давайте погуляем немного, и вы расскажете мне о своей жизни. Я хочу знать все!
– А вы мне расскажете о себе, – кивнула Глорианна, беря Моргана под руку. – Особенно меня интересует Ли Броуди. Признаться, я очень обрадовалась, когда услышала о вашем союзе. Расскажите мне об этой женщине подробнее.
Как рассказать о такой женщине, как Ли? С чего начать? И кто поверит, если рассказать правду? И все же он решил попробовать.
– Мы встретились однажды утром во время верховой прогулки по охотничьим угодьям Йоркшира. Я заметил Ли, когда она выясняла отношения с группой местных охотников, принявших ее за кого-то другого. Мне удалось уладить недоразумение, и я помог всаднице найти дорогу к дому. Это была очень короткая встреча, но мне она запомнилась. Отправив Ли домой, я не смог вычеркнуть ее из памяти.
Итак, Морган сказал чистую правду. Глорианна задала еще несколько вопросов. Он охотно удовлетворил ее любопытство, потом сказал:
– Мы собирались поговорить о вас. В частности, я хочу знать абсолютно все о Рэндалле. О том, почему вы так быстро обручились с ним.
Глорианна рассмеялась:
– Как вы знаете, Рэндалл милый, даже обаятельный. Он пришел ко мне вскоре после похорон Эвана, когда я чувствовала себя разбитой и вконец потерянной. И повел себя как настоящий друг. Так же, кстати, как и во время ваших недавних злоключений.
Мысль Моргана лихорадочно работала, он пытался выделить из рассказа Глорианны главное, без чего не смог бы определить свое нынешнее отношение к ней. Задавал ей довольно бесцеремонные вопросы, чтобы выпытать как можно больше деталей. При этом не чувствовал себя виноватым перед человеком, которого Глорианна называла своим мужем. Хотя намеревался его убить.
На следующее утро Морган проснулся с мыслью о Ли. Он хотел поговорить с ней до отъезда родителей. Большинство гостей намеревались уехать либо в тот же день, либо на следующий.
Не увидев Ли за завтраком, Морган решил, что она отправилась с группой гостей на утреннюю верховую прогулку. Он бросился к конюшням, надеясь перехватить ее, когда она будет возвращаться. Зайдя внутрь, он стал ждать. Вдруг дверь конюшни приоткрылась, и чья-то фигура заслонила свет. Морган недовольно обернулся и увидел Рэндалла.
– Вы один? – спросил тот. – То, что я намерен сказать, предназначено исключительно для ваших ушей.
– Что ж, говорите. С нетерпением жду'
– Все очень просто. Вы нарушили наш уговор. Встретились наедине с моей женой.
– У нас не было уговора на сей счет. И не могло быть, поскольку я не имею дела с трусливыми слизняками!
Сандерсон побагровел от негодования, но тут же взял себя в руки:
– Мне не остается ничего другого, как держать Глорианну на почтительном расстоянии от вас! Конечно, это не значит, что вы должны игнорировать друг друга. Я мог бы устроить вам с Глорианной вполне приличную встречу на каком-нибудь светском рауте в моем присутствии. Естественно, на моих условиях! Но то, что сделали вы, меня обескуражило.
– Это хорошо, – процедил сквозь зубы Морган, надвигаясь на Рэндалла.
Сандерсон отступил на шаг. Бросив на него полный отвращения взгляд, Морган с иронией произнес:
– Имейте в виду, Рэндалл, это только начало. Вы говорите, будто обескуражены. Но вы бы лопнули от злости, узнав, какое продолжение будет иметь вся эта история!
– Вы, видимо, не очень-то печетесь о милой мисс Броуди! – изменившись в лице, заявил Сандерсон.
Морган вскипел от ярости, но быстро взял себя в руки.
– Послушайте, вы, гнусный ублюдок, уверен, ничего плохого с мисс Броуди не случится. В противном случае я найду способ заставить вас так страдать, как не страдали даже жертвы испанской инквизиции! Советую вам не забывать об этом. Иначе горько пожалеете!
Морган схватил Рэндалла за горло и сжал так крепко что тот побледнел и начал задыхаться.
– Имейте в виду, мерзкий негодяй, во время моего пребывания в тюрьме тамошние палачи изощренно издевались надо мной. И я у них многому научился!
Сандерсон судорожно сглотнул. Почувствовав движение его адамова яблока под своей ладонью, Морган с дьявольской улыбкой прошипел ему в лицо:
– Есть способ так придушить человека, что тюремные доктора единогласно признают его смерть естественной. Горло – очень нежная часть человеческого тела. И стоит мне сейчас чуть сильнее сжать вашу глотку, как вы тут же отправитесь на тот свет! Я с вами покончу, если вы попытаетесь лишить меня последней радости в жизни!
