Доктор Компрессик замечал эту странность в поведении Свистулькина, но объяснял её болезненным состоянием, которое оказывало на нервную систему возбуждающее и тормозящее действие. Он продолжал лечение своим методом, то есть при помощи смеха, но сначала все его шуточки не оказывали на больного никакого действия. Однако, по мере того как умственные способности Свистулькина восстанавливались, на лице его начала появляться осмысленная улыбка. Это, между прочим, доказывало, что способность понимать смешное зависит у коротышек от их умственного развития. Заметив, что лицо Свистулькина всё чаще озаряется улыбкой, доктор Компрессик решил перейти ко второму этапу лечения, то есть вместо рассказывания смешных историй читать вслух весёлые книги. С этой целью он прочитал ему книгу, которая называлась «Тридцать три весёлых воронёнка» известного писателя Ластика. Слушая эту книгу, Свистулькин громко смеялся. Это подбодрило доктора Компрессика. Он решил, что теперь уже можно перейти к самостоятельному чтению, и принёс больному целый ворох газет, в которых в те дни печаталась масса смешных историй об исчезнувшем милиционере Свистулькине.
Однако все эти смешные истории не показались смешными самому милиционеру Свистулькину. Увидев в газете своё имя, он вспомнил, что он и есть этот самый пропавший милиционер Свистулькин, а вовсе не Коржик, как его называли в больнице. Сознание Свистулькина окончательно прояснилось, и он вспомнил обо всём, что случилось: и о том, как Незнайка взмахнул волшебной палочкой и как от этого рухнули стены милиции. Отбросив от себя в сторону все газеты, Свистулькин хотел вскочить с постели, но доктор Компрессик сказал:
– Лежите, лежите, Коржик. Куда это вы вдруг собрались?
– Я вовсе не Коржик, а милиционер Свистулькин, – ответил Свистулькин. – Я должен как можно скорей приступить к своим обязанностям и задержать волшебника, чтоб отнять у него волшебную палочку, при помощи которой он разрушает дома и может нанести много вреда жителям.
Доктор Компрессик знал, что некоторые больные от происшедшего с ними умственного расстройства начинают воображать, будто их преследуют ведьмы, колдуны или злые волшебники. Поэтому он начал уверять Свистулькина, что никакого волшебника нет и не бывало. Но Свистулькин уверял, что сам видел, как волшебник разрушил стены милиции.
– Какой же он был, этот волшебник? – с улыбкой спросил доктор Компрессик.
– Такой же, как и все коротышки, только брюки на нём были жёлтые, а в руках волшебная палочка, – ответил Свистулькин.
– Ну, ясно, что вам всё это показалось, – сказал Компрессик. – Где это видано, чтоб коротышки ходили в жёлтых брюках! Такой и моды-то нет!
– Вот и хорошо, что нет моды. По этим жёлтым брюкам его легко будет узнать и отобрать волшебную палочку.
Доктор Компрессик покачал с сокрушением головой и приложил руку ко лбу больного, чтоб узнать, нет ли у него жара, после чего сказал:
– У вас, наверно, голова болит?
– Никакая голова у меня не болит! – сердито ответил Свистулькин.
– Это вам только так кажется, что она не болит, а на самом деле болит, – сказал Компрессик. – Вот мы положим вам на лоб лёд, и вы сразу почувствуете облегчение.
Доктор Компрессик позвал нянечку и сказал:
– Нянечка, лёд на голову Коржику.
– Я ведь вам сказал уже, что я не Коржик, а милиционер Свистулькин!
– Ну хорошо, хорошо, – успокоил его Компрессик. – Больные после сотрясения мозга часто начинают воображать себя разными известными личностями. Вот вы начитались в газетах про знаменитого милиционера Свистулькина и сами вообразили, что вы Свистулькин.
– Нет, я на самом деле Свистулькин.
– Вот когда вы увидите своё удостоверение, то сами убедитесь, что вы Коржик, а не Свистулькин… Нянечка, принесите сюда удостоверение Коржика.
Нянечка принесла куртку Коржика и вытащила из кармана шофёрское удостоверение.
– Ну-ка, посмотрим, что здесь написано, – сказал Компрессик и взял удостоверение в руки. – Вы живёте на Макаронной улице?
– Правильно, – подтвердил Свистулькин.
– В доме номер тридцать семь?
– В доме номер тридцать семь.
– Значит, вы и есть Коржик!
– Не может быть!
– Как же «не может быть»? Вот смотрите, тут чёрным по белому написано: «Коржик». Видите – «Коржик».
Свистулькин взял в руки удостоверение, прочитал, что там было написано, и с недоумением сказал:
– Смотрите, правда: «Коржик, проживает на Макаронной улице, дом № 37, квартира 66…» Только позвольте, почему квартира 66? У меня ведь квартира 99.
– Ну, это у вас в голове, должно быть, от удара что-то перевернулось, – сказал Компрессик. – Вы переверните 66 вверх ногами, и получится 99.
Свистулькин перевернул удостоверение вверх ногами и засмеялся:
– Смотрите, и впрямь – 99! Не будь я Свистулькин, если я уже не Коржик, то есть… тьфу! Не будь я Коржик, если я Свистулькин! Верно я говорю?
– Совершенно правильно, – подтвердил Компрессик. – Только вы не волнуйтесь, а лучше всего постарайтесь заснуть. Когда вы проснётесь, то всё про Свистулькина забудете. Я сам во всём виноват: не надо было давать вам эти газеты читать.
Свистулькин постепенно успокоился и скоро заснул.
