Покончив с причёсыванием, он нажал кнопку, под которой был изображён флакончик с одеколоном, и сейчас же из отверстия, которое имелось рядом с зеркалом, в лицо ему прыснула струя одеколона. Пёстренький не успел даже зажмуриться, в глазах у него зверски защипало. Протерев глаза кулаками и размазав по щекам выступившие слёзы, он сказал:
– Тоже ничего удивительного! Раз нарисован одеколон, значит, и прыскать должно одеколоном. Вот если бы был нарисован одеколон, а прыскало бы тебе в глаза, к примеру сказать, чернилами, вот это было бы удивительно!
Вслед за этим он перешёл к изучению рукояток, которые имелись под краном. Здесь были какие-то совсем уж непонятные рисунки. Под одной рукояткой было изображение голого коротышки красного цвета. Под другой был такой же коротышка, но синенький. Под третьей рукояткой была нарисована красная рука. Под четвёртой – такая же рука, но синяя. Ничего не поняв в этих обозначениях, Пёстренький повернул первую попавшуюся рукоятку, и сейчас же на него с шумом хлынул поток воды. Пёстренький подумал, что на него снова начинает прыскать одеколоном, и нарочно зажмурился. Постепенно он понял, что на этот раз дело вовсе не в одеколоне, и, открыв глаза, увидел, что его поливает водой из душа. Он уже хотел удивиться, но вовремя спохватился:
– Спокойствие! Удивляться пока ещё рано. Я, кажется, просто под душ попал.
Мокнуть под холодным душем да ещё в одежде было не очень приятно. Пёстренький решил остановить воду, но забыл, какую повернул рукоятку, и принялся вертеть наугад то одну, то другую. Вместо того чтоб прекратить подачу холодной воды, он включил горячую. Дождь, который сыпался на него сверху, усилился и потеплел. В общем, когда ему удалось наконец остановить воду, он был мокрый с головы до ног.
– Ну как, принял ванну? – спросила Кнопочка, увидев, что Пёстренький возвращается в комнату.
– Принял, – не вдаваясь в подробности, ответил Пёстренький.
Тут только Кнопочка заметила, что с него текут потоки воды.
– Так ты, что ли, в одежде принимал ванну? – закричала она.
– А как же мне прикажете её принимать? Там такая хитрая механика, что хочешь не хочешь, а тебя искупает в одежде.
– Такая хитрая механика? – заинтересовался Незнайка.
– А вот пойди – и узнаешь.
Незнайка пошёл и через минуту вернулся тоже с головы до ног мокрый. Вдобавок от него валил кверху пар, так как он включил сразу горячую воду.
– Горе мне с вами! – сказала Кнопочка.
Она пошла в ванную и принялась изучать рукоятки, а Незнайка и Пёстренький стояли сзади и смотрели.
– Вот догадайся попробуй, – говорил Незнайка, – почему там возле одной рукоятки целенький коротышка нарисован, а возле другой – только рука отрубленная?
– Ну, это понятно, – сказала Кнопочка. – Если повернёшь рукоятку, где рука нарисована, то вода польётся из рукомойника на руки, а если повернёшь рукоятку, где целенький коротышка, то тебя окатит целиком из душа.
– Правильно! – подхватил Пёстренький. – Всё просто. А почему один коротышка красненький, а другой синенький?
– А это я уже знаю, – сказал Незнайка. – Откроешь кран с красной фигуркой – тебя сразу ошпарит, и ты покраснеешь от горячей воды, а откроешь кран с синей фигуркой – вода пойдёт холодная, а от холода ты и сам станешь синенький. Всё ясно.
– Ну вот, раз всё ясно, наливайте в ванну воды и купайтесь, – сказала Кнопочка.
После того как Незнайка и Пёстренький кончили мыться, ванна была предоставлена в распоряжение Кнопочки, а потом все трое уселись за стол. Незнайка взмахнул волшебной палочкой и сказал:
– Столик, накройся!
Сейчас же на столе появилась скатерть-самобранка. Она развернулась сама собой… и каких только кушаний здесь не оказалось! Есть можно было что угодно и сколько угодно – еды на столе не убавлялось. Незнайка и Пёстренький сидели за столом завёрнутые в одеяла, так как их одежду Кнопочка выстирала и развесила для просушки. Пёстренький налегал главным образом на сладости и жалел только о том, что не может напрятать конфет в карманы. Как-то он всё же умудрился натаскать целую кучу конфет в свою постель под подушку.
Наконец все наелись и встали из-за стола. Скатерть-самобранка свернулась и исчезла вместе со всей едой, так что со стола даже убирать не понадобилось. Кнопочка посмотрела в окно и с удивлением заметила, что на дворе уже ночь. Тогда она сказала, что пора уже спать, и отправилась в свою комнату. Незнайка и Пёстренький тоже пошли к себе. Потушив электричество, они забрались в постели. Пёстренький долго ещё жевал конфеты, а бумажки бросал прямо на пол. Наконец он заснул с недоеденной конфетой во рту. А Незнайка долго не спал и всё думал о том, что с ними случилось с утра. Ему казалось, что они выехали из Цветочного города не сегодня и не вчера, а давным-давно… может быть, с месяц назад. В этом ничего удивительного не было, так как коротышки очень маленькие, а для маленьких время тянется гораздо медленнее, чем для больших.
