– Рада, что мы поняли друг друга. – Раздраженно фыркнув, Бет уселась на стул с высокой спинкой, который принесла для нее Рейчел, и внимательно оглядела свои руки: они сильно болели, несмотря на то что Рейчел смазала их какой-то мазью, и были сплошь покрыты крошечными пузырьками, похожими на зерна початков кукурузы. Слезы навернулись ей на глаза – единственная часть тела, которую Бет считала красивой, теперь будет покрыта шрамами.
Дункан почувствовал, что его сейчас вырвет: по горлу его полилась какая-то отвратительная соленая жидкость, во рту стоял мерзкий привкус. Он закашлялся, пытаясь выплюнуть ее.
– Ш-ш, Дункан. – Чья-то прохладная рука коснулась его лба. – Ты должен это выпить.
Он с удивлением узнал голос жены. Ну почему эта женщина никак не оставит его в покое?
Дункан попытался отвернуть голову, и в ту же секунду левую руку и спину пронзила острая боль. Он с трудом открыл глаза и дрожащим голосом прошептал:
– Уйди, прошу…
– Не уйду. Ты должен это выпить, иначе не поправишься.
От чего это он должен поправиться? Наконец ему удалось окончательно разлепить веки. Бет, его жена-мегера, склонилась над ним. Глаза ее были полны слез, в руках она держала тростниковую трубочку. Что она здесь делает?
Оглядевшись, Дункан понял, что находится не в своей спальне, а в маленькой комнате на третьем этаже. Ага! Он же отдал свою спальню жене на то время, пока не будет закончена ее комната. Скоро она там поселится, и он запрет ее под замок. Отлично.
– Прошу, Дункан, открой рот!
Он вновь повернулся к Бет и на сей раз увидел у нее в руках ложку.
– Ты уйдешь когда-нибудь?
Она покачала головой и зажала ему нос. Дункан непроизвольно открыл рот, чтобы закричать, а в следующую секунду почувствовал, как его рот наполнился жидкостью. Чуть не задохнувшись, он машинально глотнул. Боже правый, что это с ним такое? У него совсем не осталось сил.
А Бет уже подносила ему ко рту очередную ложку.
– Ты это выпьешь – либо сам, либо насильно.
Он покачал головой, и она вновь потянулась к его носу. В итоге Дункан покорно проглотил микстуру.
– Спасибо. Я не позволю тебе умереть после того, что мне по твоей милости пришлось испытать за последние пять дней.
«О каких это пяти днях, черт подери, она толкует?» – нахмурился Дункан.
Тяжело вздохнув, Бет поднесла ему ко рту очередную ложку с жидкостью, и Дункан наконец узнал вкус. Мерзкое лекарство, которое готовила Рейчел, а вот от чего, никак не вспомнить.
– Ты меня до смерти напугал, – пробормотала Бет.
Нахмурившись, он открыл рот, чтобы проглотить еще одну ложку снадобья.
– Клянусь, я в жизни никогда так не пугалась, как в ту первую ночь. Ты так и пылал жаром, я думала, тебя удар хватит. – Дункан вновь покорно открыл рот, и Бет влила в него лекарство. – Да еще твой Ангус целых три дня стоял у меня за спиной и сверлил таким взглядом, словно собирался перерезать мне горло. – При воспоминании об этом Бет содрогнулась. – Когда я в первый раз снимала с тебя повязки, я думала, что он так и сделает. – Она в очередной раз поднесла ложку к его рту. – Впрочем, его нельзя винить. Твоя рана выглядела просто отвратительно, и потом, он меня, по всей видимости, терпеть не может. Ну как же, взялась непонятно откуда и давай раздавать всем ценные указания. Но, слава Богу, он мне не перечил и делал так, как я велела. Хотя, по правде говоря, если бы он вздумал мне возражать, я бы задала ему жару. И не спрашивай меня, где тот идиот, твой доктор. Даже говорить о нем не хочу! Счастье, что он не успел тебя до смерти уморить.
О чем это, черт подери, она тарахтит?
– Твое плечо выглядит все еще не самым лучшим образом, однако уже гораздо лучше, чем прежде, так что… – Она влила в Дункана еще одну ложку лекарства.
Ах да, та рана… Он попробовал пошевелить плечом.
– А где… – В его горле застрял комок, и Дункан, откашлявшись, вновь спросил: – Где Ангус?
– В зале. Позвать его?
– Да.
Поставив миску на стол, Бет легонько провела рукой по щеке мужа и усмехнулась:
– Тебя бы следовало побрить, но это подождет.
Побрить? Дункан коснулся рукой щеки и почувствовал колючую щетину. Борода исчезла! Что, черт подери, здесь происходит? Он попытался сесть, однако потерпел сокрушительную неудачу, сумев лишь поднять голову и приподнять здоровое плечо. Боже правый!
– Приведи Ангуса. Сейчас же.
Бет улыбнулась:
– Слушаюсь, мой повелитель.
К изумлению Дункана, она легонько коснулась губами его лба и быстро вышла из комнаты.
– Ну наконец-то очнулся! – Ангус дружески сжал здоровую руку Дункана. – Ты знаешь, что заставил меня волноваться, когда почти неделю пытался умереть?
– Умереть?
– Ну да. – Ангус понизил голос до шепота: – Если бы не твоя красавица жена, ты бы это сделал. Но она не отходила от тебя ни на шаг, просиживала возле твоей кровати дни и ночи напролет, отлучаясь разве что по нужде. Но почему, черт подери, ты не сказал, что у тебя загноилась рана в плече?
Дункан пожал здоровым плечом:
– Я думал, она сама заживет.
Ангус недоверчиво вскинул брови и перевел взгляд на Бет, которая стояла, выпрямив спину, около маленького окна комнаты.
