Блайт, наверное, заметила мое смущение и смотрит на меня ободряюще, но Гэбриел ничего не замечает.
– Пойдем, возьмем что-нибудь выпить.
Он протягивает мне руку, и мы проходим дальше в комнату, посылая приветственные кивки в море друзей, стоящих небольшими группами. Ко мне приближается пара, старые школьные друзья Гэбриела, и мы обмениваемся дежурными фразами. Однако я слушаю вполуха, оглядывая комнату в поисках Дарси. У меня внутри все сжимается, когда я вижу, как она подходит к Теду и тот по-медвежьи стискивает ее в объятиях. Она вручает ему маленькую коробочку в обертке, и я снова вспоминаю о том, что у нее с семейством Оливеров долгая общая история. Гэбриел следит за моим взглядом и кладет мне руку на плечо.
– Все в порядке?
Я киваю, закусив губу.
– Я тебя люблю, – шепчет он мне на ухо.
«За что?» – хочу спросить я, но вместо этого улыбаюсь и говорю, что тоже люблю его.
Джулиан повесил трубку и тяжело вздохнул. Очередной ложный след, сказал детектив. У Джулиана в голове не укладывалось, как можно пропасть бесследно. Конечно, после ее исчезновения он прочесал все местные больницы, и больницы в окрестных районах тоже, но безуспешно. Установил гугл-оповещения по ключевым словам, связанным с пропавшими женщинами и неопознанными лицами, но все результаты вели в тупик. Как можно исчезнуть в наш век, когда камеры наблюдения положили конец анонимности, а банкоматы мгновенно отмечают твое местонахождение? Хотя тут тоже загвоздка: банковская карта, права и кредитки Кассандры остались в кошельке «Эрмес», а тот – в сумочке «Шанель», которая так и лежала наверху, в шкафу в спальне. А паспорт – в кожаном футляре в верхнем ящике комода. Деньги на ее счетах были в целости и сохранности, как и тысяча долларов наличными, которую Джулиан держал в доме на всякий случай.
Он взял бокал и поболтал темно-красную жидкость, потом отпил глоток и представил, что Кассандра сидит напротив, как это бывало по вечерам, когда Валентина уже спала. Тихими вечерними часами они наперебой обсуждали случившееся за день. Даже теперь, после ухода Кассандры, он каждый вечер перед сном выпивал бокал вина в одиночестве. И каждый вечер воображал, что она снова сидит напротив, ее глаза сияют счастьем, а улыбка предназначена ему одному.
Сегодня, допив вино и проверив, спит ли Валентина, Джулиан прошел к себе и сразу почувствовал, как его манит дневник Кассандры. Он взял его и уселся в глубокое кресло.
