– Ты его не любишь? – спросила Эйнзли.
– Кстати, с замком связано несколько любопытных историй, – уклончиво ответил Иннес. – Кое-кто считает, что здесь даже привидения водятся. – Он взял ее за руку, и они зашагали по неухоженной лужайке, обходя замок. Иннес с любопытством покосился на свою спутницу. – Ты веришь в привидения?
– Если честно, раньше я никогда о них не задумывалась, но теперь мне кажется, что здесь я легко поверю в их существование.
– В здешних краях ходит легенда об одном из владельцев. В 1715 году он принял участие в якобитском восстании. Он поддерживал Якова Эдуарда Стюарта, которого называли старшим претендентом… Так вот, считается, что хозяин замка приказал запереть ворота, которые находятся на том конце подъездной аллеи, и запретил жене отпирать их до его возвращения.
– Что же с ним случилось?
– Он погиб в битве при Шерифмуре. Вдова приказала отпереть ворота, чтобы через них пронесли его труп в гробу, но… – Иннес замолчал и покачал головой. – Нет, не стоит продолжать, иначе тебе приснятся страшные сны; ни к чему добавлять к ним истории о бродящих по замку призраках, заунывно воющих и звякающих цепями.
Эйнзли замерла на месте и в ужасе посмотрела на него:
– Воющие призраки, звякающие цепями?!
Склонившись к ее уху, он прошептал:
– Призрак лэрда звякает цепью, которая должна была запирать ворота. И бродит только по аллее. Он стенает из-за предательства жены, которая меньше чем через год после его гибели вступила в брак с его врагом.
Эйнзли передернуло. Она посмотрела на то место, куда показывал Иннес, потом перевела взгляд на него:
– А ты его видел?
Иннес загадочно хмыкнул. Эйнзли с подозрением прищурилась:
– Кто-нибудь его видел?
– Из тех, кто выжил и рассказывает о нем, – никто, – с сожалением ответил Иннес.
Она стукнула его кулачком по плечу:
– Тогда нечего и говорить! Ты все выдумал!
Потирая плечо, он рассмеялся:
– Не все. Первая часть – правда. Тогдашний владелец Строун-Бридж в самом деле принимал участие в восстании, пал при Шерифмуре и в самом деле приказал запереть ворота.
– А настоящие привидения здесь есть?
Он перестал смеяться, взял ее за руку и потянул за собой.
– Поверь мне, их здесь множество, хотя, надеюсь, ты их не увидишь.
Она уже успела изучить выражения его лица. Теперешнее означало: «Не спрашивай». Он не хотел отвечать не потому, что боялся, что его ответы ей не понравятся. Он точно знал: ответы не понравятся ему самому. Здесь его дом; он высмеивал архитектуру замка и отзывался о нем без всякого почтения, даже называл его «безобразием». Интересно, в самом ли деле он имеет в виду только кирпичи и кладку? Вчера она отчетливо поняла, что Иннесу не хочется возвращаться в Строун-Бридж. Сегодня утром так же очевидно стало: он не ожидал застать замок в таком заброшенном состоянии. Но теперь она исподтишка наблюдала за ним и гадала, что еще его гнетет. Что стало причиной ссоры, которая отдалила его от отца?
Как мало ей известно об Иннесе! Здесь он рос, здесь складывался его характер, однако, похоже, он уехал отсюда, все бросил, ни разу не оглянувшись, и начал совсем другую, самостоятельную жизнь. Почему? Конечно, можно и дальше убеждать себя в том, что ее это не касается, но… нет, никаких «но»! Его прошлое ее совершенно не касается, хотя все очень странно и… притягательно. Как и он сам.
– Эй, ты где? – спросил Иннес, прерывая ход ее мыслей. – Насчет привидений я тебя только дразнил. Не собирался тебя пугать.
– Ты меня совсем не напугал. – Эйнзли с легким удивлением огляделась по сторонам. Они повернули за угол, и перед ней открылся захватывающий вид. Замок стоял на холме, прямо над бухтой, в которой они вчера высадились. – Боже, какая красота!
– Видишь полоску воды с маленькими островками? Это пролив Бьют, по которому мы плыли вчерa. – Иннес показал рукой. – А дальше виден песчаный полумесяц; там залив Эттрик и другой берег, на котором мы сели в лодку. Остров побольше, который виднеется вдали, называется Арран.
– По-моему, я такой красоты в жизни не видела. Именно такие виды приходят в голову, когда представляешь горную страну… Как в романах Вальтера Скотта.
– Хотя Йоун в чем-то прав. Эти места расположены совсем ненамного севернее Глазго, а Арран даже южнее.
– «Если по прямой», – вспомнила Эйнзли. – Не важно, похоже, мы здесь в другом мире, а вид в самом деле очень живописный. Наверное, еще живописнее он выглядит из замка. – Она оглянулась. Ряд длинных двустворчатых окон на втором этаже выходил на когда-то красивую террасу на верхней площадке лестницы.
– Там гостиная, – сказал Иннес, проследив за ее взглядом.
– Наверное, одно удовольствие пить там чай в летний день! Так и представляю, как в старину там сидели дамы в кринолинах и париках, – мечтательно сказала Эйнзли.
– Кринолины и парики, скорее всего, до сих пор пылятся где-нибудь на чердаке. Мои предки ничего не выбрасывали. Тебе в самом деле нравится?
– Здесь просто чудесно! Неужели тебе не нравится?
Иннес пожал плечами:
– Вид действительно красивый. Я уже забыл об этом…
