- Как раз вовремя проснулись, а? - засмеялся Джерард.
Бруно так сжал зубы, что они могли бы сломаться. Он бросился в ванную и выпил там, не закрывая двери. В зеркале его лицо выглядело так, будто он только что вырвался из битвы в аду.
- Простите за вторжение, но я нашел кое-что новое, - произнес Джерард напряженным, на высоких нотах голосм, а это означало, что он одержал небольшую победу. - Насчет вашего друга Гая Хейнза. Том самом, о дружбе с которым вы мечтали, те так ли?
Стакан лопнул в руке Бруно, и он стал старательно собирать осколки из раковины и складывать их на сохранившееся дно стакана с острыми краями. Потом с тяжелым сердцем побрел обратно к кровати.
- Когда вы с ним познакомились, Чарльз? Только не говорите, что в прошлом декабре. - Джерард прислонился к комоду и закурил сигару. - Вы познакомились с ним года полтора назад, верно? В поезде, когда ехали в Санта-Фе? - Джерард ждал, что ответит Бруно. Он извлек что-то из-под руки и бросил на кровать. - Вы помните это?
Это была книга Платона, принадлежавшая Гаю, всё еще обернутая и с полустершимся адресом.
- Конечно, помню. - Бруно небрежно отпихнул книгу. - Я потерял ее, когда шел на почту.
- Она лежала на полке в отеле "Ла Фонда". Как вам удалось позаимствовать книгу Платона?
- Я нашел ее в поезде. - Бруно поднял глаза. - Там был адрес Гая, вот я и решил отправить ее по почте. Я нашел ее в вагоне-ресторане, это факт. Бруно встретился с острым, немигающим взглядом маленьких глаз Джерарда.
- А когда вы с ним познакомились, Чарли? - снова спросил Джерард спокойным тоном человека, который допрашивает ребенка и знает, что тот лжет.
- В декабре.
- Вы, конечно, знали об убийстве его жены?
- Конечно. Прочел в газетах. А потом прочел про него, он строил здание клуба "Пальмира".
- И вы подумали: надо же, как, мол, интересно, потому что вы за полгода до этого нашли его книгу.
- Да-а, - ответил Бруно после небольшой паузы.
Джерард недовольно проворчал и опустил голову с легкой презрительной улыбкой.
Бруно стало не по себе. Когда же в последний раз он видел это ворчание, а потом презрительная улыбка? Однажды, когда он что-то врал отцу, причем вранье было откровенным, но он за него цеплялся до последнего, и отец проворчал, а потом недоверчиво улыбнулся, и Бруно стало стыдно. Бруно знал, что его глаза сами просят Джерарда простить его.
- И вы делали все эти звонки в Меткалф, не зная Гая Хейнза? - Джерард забрал книгу.
- Какие звонки?
- Несколько звонков?
- Может и звонил раз, когда набрался.
- Несколько раз. И о чем же?
- Да об этой чертовой книге! - Если Джерард так хорошо знает его, то должен знать, что именно так он и поступил. - Может, я звонил, когда узнал, что у него жену убили.
Джерард покачал головой.
- Вы звонили до того, как она была убита.
- Ну и что? Может быть и да.
- Ах, ну и что? Надо будет спросить у мистера Гая Хейнза. Если принять во внимание ваш интерес к убийству, то странно, что вы не позвонили после убийства.
- Меня тошнит от убийств! - закричал Бруно.
- О, я верю, Чарли, верю! - сказал Джерард, прогуливаясь по холлу до комнаты матери и обратно.
Бруно неторопливо принял душ и тщательно оделся. Джерарда куда более волновал Мэтт Ливайн. Насколько он помнит, он лишь два раза звонил в Меткалф из отеля "Ла Фонда", где Джерард, должно быть, разыскал счета. Насчет остальных звонков он может сказать, что мать Гая ошиблась, это был не он.
- Что хотел Джерард? - спросил Бруно мать.
- Ничего особенного. Хотел знать, не знаю ли я одного из твоих друзей - Гая Хейнза. - Она расчесывала волосы кверху широкими движениями расчески, отчего они пышно обрамляли ее спокойное и усталое лицо. - Он ведь архитектор, да?
- Угу. Я с ним мало знаком.
Он прошелся туда-сюда у нее за спиной. Она забыла те вырезки в Лос-Анджелесе, на что он и надеялся. Слава Богу, что он не напомнил ей, что он знал Гая в то время, когда появились фото "Пальмиры".
- Джерард говорил, что ты звонил ему прошлым летом. О чем это он?
- Ой, мам, надоели мне все эти дурацкие намеки Джерарда!
СОРОКОВАЯ
В то же утро несколькими минутами спустя Гай вышел из директорского кабинета проектной фирмы "Хэнсон и Кнапп" таким счастливым, каким он не был на протяжении многих последних недель. Фирма занималась копированием последних чертежей по больнице - наиболее сложному проекту, которым когда-либо руководил Гай, пришли последние "добро" на материалы, а этим утром он получил телеграмму от Боба Тричера, которая заставила Гая порадоваться за своего старого друга. Боба назначили в консультативный инженерный комитет по строительству крупной плотины в канадской провинции Альберта, к этой работе он стремился последние пять лет.
