Доклады НТСНП о «Внутренней линии» натолкнулись на яростное сопротивление ее чинов. «Галлиполийский Вестник» в № 53 категорически отрицал независимость «Вн. линии» от генерала Миллера, нарочито преуменьшал роль предателя Скоблина и всячески отмахивался от неприятных, «случайно попавших» к нам ее документов. «Вестник» старался представить «Организацию» как вспомогательный аппарат при РОВСе, боровшийся с происками ОГПУ. И, конечно, делалось всё, чтобы представить Скоблина как случайного, одиночного советского агента, даже не интересовавшегося деятельностью «Внутренней линии».
В статье В. Ларионова «Недостойная болтовня» не было ни одного аргумента, опровергавшего наши утверждения и доказательства. Было лишь возмущение разоблачением «Линии»:
«Удар в спину» — так назвал свою длинную статью капитан В. В. Полянский, ближайший помощник Шатилова по созыву съездов национальных группировок. Подразумевая удар в спину РОВСа, Полянский защищал Шатилова и «Линию» — до предела наивно и эмоционально, но не убедительно.
Но на защиту «Линии» не встал Н. И. Плавинский. Не написал в ее пользу ни одной строки. В том же номере «Вестника» Зинкевич был вынужден сообщить, что Плавинский, «в силу своей крайней занятости», просил освободить его от участия в редактировании журнала. Зинкевич выражал уверенность в том, что Плавинский не прекратит сотрудничества в «Вестнике». Однако Плавинский не оправдал его надежд. Прозрение Плавинского было очевидным и окончательным.
С каждым новым днем для эмигрантов становилась ясной порочная деятельность «Внутренней линии». Газеты «Возрождение», «Последние Новости», орган Туркула «Сигнал», многие лица и организации по достоинству оценили вред, нанесенный «незримыми руководителями». И «Вестник», несмотря на призывы «линейцев» к редакции, был вынужден умолкнуть, якобы, «из-за отвращения к полемике».
1 апреля 1938 года «Вестник» подвел итоги:
«РОВС пережил еще один удар, и этот удар… только закалил в борьбе, научил и сплотил то основное ядро, которое составляет его силу».
«Внутренняя линия» умирать не собиралась…
6 ноября 1937 года Парижское отделение НТСНП устроило открытое собрание с докладом И. А. Брянского «Правда о третьем Тресте».
Поводом к собранию послужило интервью П. Н. Шатилова, данное сотруднику «Последних Новостей». Опубликованное газетой 13 октября, это интервью было попыткой Шатилова опровергнуть мой доклад «Внутренняя линия». Защищаясь от разоблачений, Шатилов лгал отчаянно и бессовестно.
Брянский, еще раз указавший, что работа «Внутренней линии» могла быть выгодной только большевикам, обнаружил в интервью Шатилова и письмах в редакцию «Последних Новостей» новые данные:
Интервью Шатилова Брянский подверг тщательному анализу. Протестуя против «клеветы», Шатилов утверждал, что «Внутренняя линия» возникла в 1926–1927 годах «по личной инициативе генерала Кутепова», что «просто генерал Кутепов подобрал несколько надежных офицеров и поручил им наблюдать за тем, чтобы в нашу среду не проникали большевистские агенты». Ложь № 1.
Он утверждал, что «на этих офицерах лежала задача укреплять авторитет начальников». Наделе изнутри подрывали авторитет генералов Миллера, Эрдели и других, но возвеличивали его, главу «Вн. линии». Ложь № 2.
Он утверждал, что чинам «линии», переселившимся во Францию, было предложено «сохранять связь с Софией и одновременно обслуживать ген. Кутепова, привлеченного Вел. кн. Николаем Николаевичем для специальной деятельности». Обслуживать Кутепова? Нет, поддерживая с ним связь, курьеры доносили в Софию о его деятельности. Ложь № 3.
