Незримая война полностью

Причем у этого мифа есть даже два варианта. Сначала Пассевино утверждал, что причиной ссоры между отцом и сыном стало то, что Грозный, ворвавшись в покои невестки, ударил ее. Царевич бросился на защиту супруги и был убит собственным отцом. Но автору объяснили, что попасть в спальню жены своего сына даже царь так просто не мог – не позволяли существовавшие порядки. Тогда Пассевино пришлось переписать и докладную, и мемуары. Он предложил вторую версию, которую позже и представил в своих трудах Карамзин.

Владимир Лавров полагает: «Был спор между Иваном Васильевичем Грозным и его сыном Иваном Ивановичем из-за того, что сын хотел возглавить войско, воевать с Польшей, отец был за мир. Возникла ссора, последовал удар по голове посохом, и закончилось все трагически».

Причем якобы трагически и для самого царя. Тот же Пассевино описывает, как русский царь мучился из-за смерти сына: часто ночами просыпался и начинал кричать и плакать. Его силой укладывали обратно в кровать и с трудом успокаивали.

Борис Якименко отмечает: «Он настолько изменился даже внешне, как пишут источники, что стало понятно – смерть сына провела какую-то черту под его жизнью, он после этого действительно прожил всего три года. Так что, конечно, эта трагедия лежит на нем. И мало того, она показывает нам его не как человека жестокого, изувера, а как человека как раз настолько потрясенного, что это полностью изменило все его существо, как человека очень чувствительного, глубоко раскаявшегося в том, что произошло».

Для психолога поведение Ивана Грозного было бы весомым аргументом в пользу его невиновности. Спустя два года после смерти сына царь приехал в Троице-Сергиев монастырь. Он рыдал, клал поклоны и оставил огромные деньги на помин души царевича. А на боярской думе однажды сказал: «Смерь сына – мой грех». Он глубоко горевал, что не смог уберечь наследника от беды, потому что горячо любил своего первенца.

Владимир Лавров: «Вот такая фраза была: «смерть сына – мой грех». Но как эту фразу толковать? То есть он не сказал: «Я убил», в восприятии верующего человека могло быть так, что «я допускал какие-то греховные поступки, и за это Господь покарал моего сына».

Ивана Васильевича рисуют тираном и самодуром, при этом забывая, что он был поистине всенародно избранным царем. В разгаре противостояния с боярами он с семьей в декабре 1564 года покинул Москву, как бы отрекаясь от престола, и выехал в Александровскую слободу. Народ потребовал от бояр и священников уговорить царя вернуться.

Принято также умалчивать о его гуманитарных реформах. А ведь первые печатные книги, аптеки и пожарная служба – все это нововведения Ивана IV. Стал бы тиран так печься о своем народе?

Английский дипломат и торговый агент Джером Горсей, написавший свои «Записки о России», уверял, что Иван IV казнил в Новгороде почти 700 000 человек. Однако население города в те годы едва ли насчитывало 30 000.

Мотивы и обида Горсея понятны – он нечисто вел дела в Москве и был изгнан за взяточничество, потеряв в итоге солидный доход.

Мало того, при детальном подсчете оказывается, что за все время правления Ивана Васильевича – а это более полувека, – в России реально было казнено не более 4000 человек. Причем, только по решению суда и в соответствии с законом: за преступления и государственную измену.

Показательна судьба князя Ивана Куракина, из которой западные летописцы сделали пример травли. На самом деле Куракин участвовал в заговоре против царя и должен был быть казнен. Но церковные иерархи упросили Ивана Васильевича помиловать князя, и того назначили воеводой города Вендена.