Вдруг из темноты к нам вышел человек, горская одежда и косматая шапка которого указывали на непринадлежность к клану охотников на ведьм. Однако нежданный встречный на вечерней горной дороге не сулил ничего доброго. Князь выхватил саблю, готовясь защитить меня.
— Мне не нужна ни твоя жизнь, ни жизнь твоей женщины! — произнес горец. — Я Байсар, жаждущий крови злодеев, убивающих женщин и дев. Недалеко пещера, ставшая моим пристанищем, там вы отдохнете, а я поведаю вам о своей печали… Не бойтесь, я один…
Усталость оказалась настолько сильной, что победила всяческое благоразумие, и мы отправились за нашим новым знакомым. Байсар не солгал, в пещере никого не было.
— Значит, тебе тоже досадили охотники на ведьм? — хохотнул князь, опускаясь на каменистый пол. — Неужто они напали на твой аул?
Тон был шутлив от пережитого напряжения, но Долгоруков спрашивал серьезно.
— Они похитили мою невесту Лейлу, — ответил Байсар, — я прознал, что они убивают женщин, сжигая их тела!
— Они убили твою невесту? — спросила я.
— Не знаю, — ответил Байсар, — они украли ее…
— Не понимаю, — задумался Долгоруков, — неужто злодеи настолько обезумели, что ищут ведьм среди черкешенок, среди которых нет никакой тяги к колдовству? А ты уверен, что они похитили Лейлу? Вдруг тут вина твоего соперника?
— Нет-нет, — замотал головою горец, — Я знаю всех кто, желал взять Лейлу в жены…
— Постой, расскажи о своей невесте? — попросил князь. — Почему злодеи приняли ее за колдунью?
Вопрос оказался весьма верным.
— Не знаю, — ответил Байсар, — однажды в наш аул пришел путник в странной одежде. Увидев Лейлу, он захотел узнать, кто ее жених… Потом он позвал меня и сказал: "берегись этой девицы, у нее глаза дочери Шайтана".
— Почему ты не убил его? — удивился Долгоруков.
— С гостем был кунак, уважаемый нами человек, поэтому я не посмел причинить ему вреда, — рука Байсара сжала рукоять кинжала. — На следующий день после ухода гостя Лейла пропала… Один из стариков соседнего аула рассказал мне историю, услышанную от одного из странников, о злодеях, которые видят в женщинах детей шайтана, и убивают их.
Воцарилось молчание.
— Значит, ты желаешь, чтобы мы помогли тебе выследить похитителей? — спросил князь.
— Да, я видел, как ты спасал свою женщину, и слышал, что желаешь отыскать их логово, — ответил Байсар, — мы оба жаждем отомстить… Одному трудно справится. Их слишком много.
Долгоруков задумался.
— Буду рад помочь тебе, — произнес он, — сейчас мы возвращаемся в Кисловодск, завтра вечером я встречусь с тобою, и решим как действовать!
Байсар перевел взор на меня.
— Верно, надо проводить твою женщину домой, — согласился он.
Горец счел меня супругою князя, но Долгоруков пока не посмел разубедить его.
— Мой спутник не супруг мне, — поправила я, видя смущение офицера.
— После спасения брат с радостью отдаст тебя за храброго героя! — уверенно произнес Байсар, чем вызвал волнение князя. — Муж должен уметь защитить жену!
Выходит, горец знает про Константина Вербина, раз заговорил именно про брата.
Немного передохнув, мы тронулись в путь назад. Только теперь я вспомнила про Константина с Ольгой. Пропав на целый день, я заставила их побеспокоиться. Увы, находясь под властью призрака, я не думала о близких. Но что хотела сказать умершая, отправив меня в опасное путешествие? О том, что в плену злодеев находится горская девушка? И, возможно, не только она одна… Наверняка, у охотников на ведьм есть еще тюрьмы в лесах и горах.
Из журнала Константина Вербина
Вскорости к нашей радости мы выбрались из подземелья, сумерки уже начали опускаться на горы. Генрих, весьма ловко прыгая по горным камням, увлекал нас за собою. Преодолев небольшой подъем, оказались у темной хижины, сложенной из камней.
— Они не стерегут жертв, предпочитая одурманивающую микстуру, после которой тяжело подняться на ноги, слишком сильно головокружение, — пояснил он, — держу пари, они могли привести Александру только сюда, иное место слишком далеко…
Я спешно отворил грубо сколоченную дверь. Свет наших фонарей ворвался внутрь, найдя лишь пустоту.
— Вы уверены, что Аликс похитили? — спросил я.
— Да, я сам видел, как они вели барышню к хижине, — уверенно произнес Генрих.
Задумчиво я обошел комнатушку. На полу лежал белый платок, ярко выделяясь на черном земляном полу. На сей раз пришлось отдать должное моде на вензеля, вышитые на платках.
— Платок Аликс! — воскликнул я.
Ольга не сумела сдержать крик радости.
— Она сбежала! — воскликнула моя супруга. — Но как?
— Не стоит недооценивать князя Долгорукова, — предположил я.
Брат Генрих стоял в стороне, задумчиво облокотившись о каменную стену.
— Неужто ваш друг сумел проследить за "инквизиторами", — изумился он, — но иного объяснения не найти… Они не убивают сразу… Сначала нужен суд, а потом приговор…
— Странно, а как же казачка-ворожея? — спросил я. — Ее подожгли в амбаре без похищения…
