Раиса Васильевна Кузнецова проработала в Курчатовском институте 50 лет, а ее муж — сын Адмирала Флота Советского Союза Николая Герасимовича Кузнецова — был главным инженером этого института. Как мне рассказала сама Раиса Васильевна, в 1983 году Квасников обратился к руководству института с просьбой еще раз побывать в доме Курчатова. «Всё, как когда Игорь Васильевич принимал! — воскликнул он, когда Раиса Васильевна открыла ему дверь и провела в кабинет Курчатова. — Вот и тот же кожаный диванчик, на котором я обычно сидел. А Игорь Васильевич сидел напротив, вон в том кресле». В 1993 году Квасников побывал на торжественном заседании ученого совета Курчатовского института, посвященном 90-летию академика Курчатова. Вечером того же дня он позвонил Раисе Васильевне и сказал, что доклад Харитона и Смирнова смутил его и привел в недоумение… «И пригласил меня с магнитофоном и видеокамерой к нему домой», — рассказывает Раиса Васильевна. В интервью явно сквозит раздражение в отношении академика Харитона. Цитируя слова Харитона «ну что уж там Клаус Фукс, он же этого вообще не мог вам ничего сказать!..», Леонид Романович восклицает: «А вы, Юлий Борисович Харитон, забыли, как знакомились с материалами? И до сих пор используете это дело, благодаря этим материалам подробным! Поняли? А об этом никто не скажет вам теперь. Когда я ездил в Кыштым (на комбинат “Маяк” по производству оружейного плутония. —
