На окраине дорога представляла собой всего-навсего широкую тропу, плотно утоптанную множеством ног в песке и глине, но дальше в городе на улице густо росла какая-то неведомая красная травка. Она немного походила на те травы, которые дома росли по краям болот — длинные узкие остроконечные стебельки, — но красный цвет назойливо наводил на воспоминания о кардиналах. Яркие пятна в пустыне показались бы неуместными, зато вкупе с розовым кирпичом чуть ли не ослепляли. Многоярусная растительность, по-видимому, должна была бы преграждать дорогу всепроникающей мелкой пыли из пустыни, но если это и помогало в отдельных местах, то в целом не давало ровным счетом ничего. Все тело Хлои покрывала песчаная корка, а когда она глотала, то ощущала солоноватый привкус какого-то минерала, который входил в пыль, плывущую в воздухе под легким ветерком.
Зато ее спутники прекрасно вписывались в обстановку. Джек и Китти были одеты в мятые брюки, неописуемые рубашки и поношенные куртки. Гектор и Фрэнсис выглядели примерно так же. Немного выделялись только Эдгар в черной рубахе из плотной материи и черных же брюках и Мелоди. Ну а Мелоди выглядела эффектнее всех в группе. Ее одеяние было бы уместно на мамаше из школьного родительского комитета или труженице офиса: она обрядилась в юбку песочного цвета до колен и пепельно-голубоватую блузку и надела на шею ожерелье из белых камешков, похожих на жемчуг. Волосы она убрала в прическу весьма официального вида и, похоже, наложила на веки бледно-голубые тени. В целом вид у нее был бы очень даже миленький, если бы не кобура на ягодице и тот факт, что она шла по улице, тихонько напевая себе под нос веселенькую песенку и держа в руках дробовик.
В своем родном мире и времени Мелоди могла бы сойти за офис-менеджера с мерзким характером, здесь же она была женщиной, привыкающей к жуткому миру, который являло собой Пустоземье, но изо всех сил цепляющейся за знакомую ей эпоху.
— Монах слева. Есть! — Мелоди выстрелила практически одновременно со своим словами. В тихой улочке грохот дробовика показался просто оглушительным.
Хлоя уставилась сначала на женщину с дробовиком, а потом на лежавшего посреди улицы мертвого монаха. Недавно она видела убитых кинантропов, но сейчас перед нею было разумное создание. На поверхность памяти устремилось было воспоминание о последнем мертвеце, которого ей довелось увидеть, но Хлоя загнала его обратно вглубь и сосредоточилась на
— Чересчур громкое предупреждение, Мелли, — сказал Гектор, помотав головой.
— Он увидел нас. — Мелоди пожала плечами, но в ее глазах плескался чуть заметный отблеск безумия. Хлоя не могла определить его причину: то ли действие веррота, то ли просто Мелоди от природы дурела, когда бралась за оружие, — но задавать вопросы на этот счет совершенно не желала. Никто, кроме Гектора, не укорил Мелоди ни словом, хотя Фрэнсис все же настороженно взглянул на нее.
Если монах и был не одинок, то его спутники хорошо укрылись. Гектор вышел вперед и склонился над трупом. Оглянувшись на Джека, он кивнул, подтверждая, что монах мертв, и принялся осматривать труп.
Убийство не впечатлило Хлою, но при виде действий Гектора она отвела взгляд. В том, чтобы застрелить известного врага, прежде чем он нападет на тебя, смысл был, а вот грабить мертвеца — это уже ни в какие рамки не лезло.
Фрэнсис правильно истолковал ее реакцию и, шагнув вперед, тихонько сказал:
— Гектор ищет какие-нибудь улики. Воровства Джек не допустил бы.
Хлоя благодарно улыбнулась Фрэнсису. А тот, похоже, решил взять на себя опеку Хлои. Она не собиралась упрекать его за это. Сама она совершенно не знала, что делать и чем помочь остальным, а они, судя по всему, уже непроизвольно перешли к привычному и отработанному образу действий.
Она слишком мало знала этих людей, чтобы дать каждому сколько-нибудь обоснованную оценку, но инстинктивно уже доверяла Китти и Фрэнсису. Гектор и Мелоди вызывали у нее настороженность, а свое отношение к Джеку и Эдгару ей до сих пор не удалось как-то определить. Но даже если она и откажет им в доверии, это не будет означать, что у нее есть широкий выбор других возможностей. Она очнулась в странном мире, не имея ничего, кроме одежды, которая была на ней. Судя по всему, она не владела никакими навыками, которые представляли бы здесь ценность, — если не считать умения метко стрелять. И ни диплом по социологии, ни некоторый опыт во множестве испробованных низкооплачиваемых занятий, ни знание подробностей из жизни книжного и телевизионного миров здесь, похоже, совершенно не годятся для резюме. Черт возьми, она ведь даже не знает до сих пор, используются ли здесь резюме вообще! Пока что она успела увидеть только кровососов, кинантропов и мертвого монаха. И никто из них не помог ей утвердиться в уверенности, что, если она покинет группу, нашедшую ее в пустыне, перед нею откроются золотые горизонты.
