Гарри и Лилия вспоминали тот момент, когда они впервые ступили на остров, на котором зачали сына и обрели надежду на то, что у него будет будущее, непременно счастливое будущее. Они вспоминали каждый момент их счастливой жизни вместе с Сэмюэлом и своими родителями. Разве может быть что-то при┐ятнее того, когда вокруг вас бегает резвящийся сын, а за его ра┐достной игрой наблюдают его бабушки и дедушки, ваши соб┐ственные родители, для которых вы являетесь детьми, пусть и потерявшими уже способность к детскому озорству.
Они вспоминали все достижения их любимого единственного сына, его первые слова, первые шаги, первые успехи в учебе. Он учился и с годами становился умнее, благода ря занятиям спор┐том становился сильнее, его интересовало абсолютно все. Но, не┐смотря на все достижения, почувствовал себя настоящим муж┐чиной он лишь в тот момент, когда встретил Викторию. Как же счастлив с появлением в его жизни Виктории стал их мальчик!
Гарри и Лилия печалились о том, что никогда не увидят сво┐его внука или внучку. Интересно, на кого ребенок будет похож? Как он будет расти и развиваться? Какую профессию выберет?..
Им хотелось, чтобы все это было просто сном и чтобы они могли проснуться, ничего не помня обо всех ужасах ядерной ка┐тастрофы и неизбежной смерти, поцеловать Сэмюэла и Викто┐рию и продолжить счастливую, ничем не омраченную жизнь.
Но они понимали, что происходящее - не страшный сон, а са┐мая ужасная реальность, и убежать от нее не удастся.
Тяжелые мысли, словно голодный пес, рвали их сознание на части...В какой-то момент Лилия почувствовала резкий приступ удушья от отчаяния и горя и попыталась вскочить с кровати, но
195
Гарри успел схватить ее за руку и, резко поднявшись, обнял, прижавшись к ней всем телом. Лилия принялась вырываться и начала дико кричать, но спустя несколько мгновений она об-мякла в руках Гарри. Ее разум и тело, не выдержав напряжения, отключились, чтобы не допустить повреждения ее нервных центров. Гарри уложил жену на кровать. Лилия стала плакать, слезы текли ручьем на подушку, и в течение нескольких минут она стала мокрой. Гарри всю оставшуюся ночь просидел на по┐лу рядом с Лилией. Они плакали оба, держась за руки, но это уже не приносило облегчения.
Сергей Абрамян даже не ложился в постель, он вышел из до┐ма, сел в кресло на террасе и закурил трубку. Выкурив ее, он вы┐чищал трубку, набивал ее очередной порцией крепкого табака и снова закуривал.
Как ни странно, великий ученый, большую часть жизни по-святивший работе, ни разу не подумал о работе, науке, своих изобретениях, которые на века опередили свое время. И совсем не странно, что, большую часть жизни прожив в одиночестве, не обзаведясь ни семьей, ни детьми, он сейчас не в спомнил о своей собственной жизни. Сергей Абрамян думал только о том, что уже через несколько часов ему придется расстаться с милы┐ми и дорогими его сердцу Сэмюэлом и Викторией. Он бы отдал тысячу своих жизней, имей он такую возможность, за то, чтобы человечество никогда не обратило бы науку против себя и, вме┐сто того чтобы пользоваться себе во благо мирной атомной энергией, не создало бы атомного оружия.
Он благодарил Бога за то, что Тот подарил ему, пусть и на за┐кате его жизни, семью - Гарри и Лилию, и детей - Сэмюэла и Викторию. Он думал не о своем, а об их будущем. Только их счастливое будущее было его заветной мечтой.
Сергей спокойно, без тени паники провел эту ночь. Он думал и мечтал, а всегда, когда предавался этим занятиям, он был спо-
195 коен. Даже эту ужасную ночь он провел достойно и стойко, ду┐мая лишь о счастье молодых Смитов.
Взошло солнце - настало злосчастное утро самого несчаст┐ливого дня! Описать сцену прощания Гарри, Лилии и Сергея с Сэмюэлом и Викторией невозможно, так как собственные чув┐ства терзали их страшнее самых варварских пыток. Трудно да┐же вообразить, как было невыносимо сложно трем отважным людям делать вид, что этот день - вполне обычный в ряду множества других дней, каждый из которых предшествует сле┐дующему. Никто кроме них не то что не знал - даже не догады┐вался, что это не просто расставание на неделю - столько вре┐мени Сэмюэл и Виктория якобы должны были участвовать в вымышленном психологическом эксперименте, - а прощание навсегда. Гарри, Лилия и Сергей не имели права даже пролить слезу, не говоря уже о том, чтобы зарыдать и тем самым выдать все тайны терзаемого их несчастья.
Что касается молодой четы Смитов, то и Сэмюэл, и Виктория занимались сбором всего необходимого для проживания в тече┐ние недели в замкнутом пространстве. Они были веселы и игри┐вы и, как обычно, любовались друг другом и нежно обнимали Гарри, Лилию и Сергея, которые буквально бегали за ними по пятам, ища любой предлог, чтобы лишний раз прикоснуться к ним или поцеловать. За суетливыми сборами Сэмюэл и Викто┐рия не обратили внимания на не совсем обычное, а точнее, на совсем необычное и даже навязчивое поведение родителей.
Когда пришло время 'ненадолго' расстаться, Сэмюэл и Вик┐тория оббежали всех родных с поцелуями. Сэмюэл, беря сумку с вещами, сказал:
