– Немыслимая наглость – ставить свои условия человеку, в чьих жилах течет королевская кровь, – сухо заявил он.
А затем взял и самым наглым образом схватил меня за локоть, намереваясь, по всей видимости, насильно выволочь из дома.
Ага, не на ту напал! Будь Тегрей хоть трижды герцогом и четырежды братом короля – я не собиралась выполнять его распоряжений. Обойдется!
– А ну – отпустили меня живо! – завопила я во всю мощь своих легких и пихнула мужчину в грудь кулачками. – Да я твоему ненаглядному Тегрею знаешь что сделаю? Ноги вырву и засуну в уши!
Это я позаимствовала любимое выражение Томаса, которым он всегда распекал нерасторопных слуг или подчиненных. К слову, из арсенала его излюбленных ругательств данное было самым мягким и приличным.
Но Равен от меня такого точно не ожидал. Его глаза стали совершенно совиными от удивления, губы беззвучно округлились.
– Да к-как вы смеете… – запинаясь от возмущения, выдохнул он.
Опять шагнул ко мне, и я невольно втянула голову в плечи. Ой. Ой-ой-ой. Сдается, он слишком близко к сердцу воспринял мои слова, оскорбившись за своего господина.
На шум из кухни выскочила Милдред. Одним взглядом оценила обстановку и нахмурилась.
– Эй вы, господин хороший! – грозно заявила она. – А ну – не сметь обижать мою Альберту!
Равен досадливо поморщился, недовольный подоспевшим ко мне подкреплением. Но в следующий момент в коридор из гостиной выглянул сам Тегрей. Со своей обычной язвительностью поинтересовался:
– Что такого я опять натворил, раз мне грозят такими карами?
Я остолбенела от неожиданности. Нет, я подозревала, что Равен неспроста так настойчиво зовет меня на улицу. Но не думала получить столь внезапное подтверждение своей правоты.
Глаза Равена вспыхнули от досады. И спираль времени вдруг сжалась до невозможности.
Тегрей тоже понял, что происходит нечто неладное. Улыбка мгновенно исчезла с его губ. Он скользнул было вперед – а мир вокруг меня вдруг взорвался мириадами осколков, когда Равен резко выбросил вперед руку и впечатал кулак прямо мне в лицо.
В носу что-то неприятно хрустнуло. Во рту стало солоно и очень мокро. Я бы, несомненно, упала, отлетев от столь жестокого удара, но Равен дернул меня за руку к себе. Сжал горло пальцами с такой силой, что перед глазами все мгновенно потемнело от удушья.
«Он же сломает мне шею!» – промелькнуло в голове печальное.
И, не выдержав таких испытаний, я потеряла сознание.
Понятия не имею, сколько продлился мой обморок. Когда я очнулась, то обнаружила, что лежу на чем-то мягком.
– Пришла в себя?
Я узнала голос Томаса. Кивнула. И лишь потом сообразила, что у меня почему-то ничего не болит.
Немыслимо! Такое чувство, будто вся эта сцена мне только почудилась.
– Я никогда прежде не встречал девушку, к которой неприятности так и липнут.
А это сказал уже Тегрей. И я немедленно распахнула глаза, закипев от негодования.
Да какое право он имеет ставить мне что-нибудь в вину! Между прочим, это его человек ударил меня! И я совсем не удивлюсь, если по его приказу!
Но гневные слова так и замерли на моих устах, не сорвавшись с них. Потому что я увидела, насколько бледным и взволнованным был сейчас Тегрей. Он силился улыбнуться, но у него никак не получалось этого сделать. Выходил лишь какой-то кривой оскал.
– Как ты, Альберта? – без тени сарказма спросил он и сел рядом. Накрыл своей ладонью мою.
Вместо ответа я повела головой из стороны в сторону, осматриваясь. Я была в гостиной. Лежала на узком диване. А на лифе моего платья красовались темно-багровые свежие пятна крови, неопровержимо свидетельствующие о том, что удар Равена мне не почудился.
Затем я подняла свободную руку. Осторожно провела кончиками пальцев по целому носу и губам.
– Не переживай, я сразу же тебя вылечил, – заверил меня Тегрей, который наблюдал за моими действиями с плохо скрытой тревогой, застывшей в темных глазах. Кашлянул и добавил с едва уловимой иронией: – Так испугался за тебя, что вложил в целебное заклинание слишком много энергии. Заодно и то, что натворил утром, исправил. И можешь меня за это не благодарить.
– Что произошло? – хрипло спросила я, приподнимаясь. Тегрей тут же подсунул мне под спину подушку, и я продолжила: – Что за муха Равена укусила?
– Это я еще узнаю. – Тегрей скорчил такую зверскую физиономию, что мне невольно стало жалко бедолагу.
Но я тут же вспомнила тот жуткий хруст, с которым сломался мой нос. Боль в горле и панику от невозможности вздохнуть. О нет, я погорячилась! Мне его совсем не жалко!
– Он ничего тебе не сказал? – полюбопытствовал Томас. Подошел ближе и буквально насильно втиснул в мою руку бокал вина. – Прямо сразу напал? Или вы поругались?
– Да, и почему ты обещала засунуть мне ноги в уши? – поддержал его расспросы Тегрей.
– Ничего мы не ругались, – буркнула я. – Он пришел и сказал, что ты ждешь меня на улице. Я удивилась. Что за чушь? С какой стати я должна выскакивать из теплого дома на мороз по первому твоему требованию? Ну и высказала ему ярое несогласие с таким приказом. Он удивился, попытался силком выволочь меня. Тут-то я вспылила уже не на шутку. Ну а дальше вы все видели.
