Нянечка для соседей полностью

На самом деле, это так далеко от истины. Чем больше времени мы проводим вместе, тем больше он ослабляет свой самоконтроль. Оказалось, что когда он расслаблен, он очень милый и нежный человек. С каждым днем он нравится мне все больше и больше. После целой недели прогулок в парках и сказок на ночь, я едва могу смотреть на него без появления бабочек в животе.

Возможно, я стала чаще видеть Себа, но я явно стала гораздо меньше видеть Джека. Гораздо меньше. Он работает практически без перерыва, с утра до поздней ночи. Он не ест. Он не занимается стиркой. Сайрус уверяет меня, что в его комнате есть мини-холодильник, чайник и пожизненный запас рамена, так что он не умрет от голода, но я не могу не волноваться за него.

На седьмой день его заточения я решаю взять дело в свои руки. В любом случае, я уже готовлю обед для себя и Себа, поэтому накладываю ему тарелку салата с макаронами и курицей и стучусь в его дверь.

— Да? — спрашивает он через мгновение.

— Открой дверь, пожалуйста.

— Бет. — Раздается вздох, а затем он открывает дверь и высовывает голову. — Милая, я занят.

Я протягиваю ему тарелку.

— Я приготовила тебе обед.

Он удивленно смотрит на макароны, словно не может вспомнить, что такое настоящая еда.

— Тебе не нужно было этого делать.

— Я знаю. Именно это и делает меня такой милой. — Он берет тарелку, и я использую эту возможность, чтобы проскочить мимо него, заходя следом за ним в его комнату.

Если в прошлый раз, проведенный здесь, комната была захламлена, то теперь это практически минное поле. Повсюду стоят пустые кофейные чашки, бумаги разбросаны по столу и полу, а мусорное ведро завалено пустыми баночками из-под энергетических напитков.

Он стонет.

— Господи, не заходи сюда. Я выгляжу словно неряха.

— Нет, это не так. Ты выглядишь как очень уставший, занятой человек, который слишком часто засиживается до утра. — Я протягиваю руку, чтобы провести пальцем по светлой щетине, растущей на его подбородке. Не похоже, что он брился последнюю неделю. — Мне нравится. Тебе идет.

— Спасибо, любимая. — Он вздыхает, когда я прижимаюсь поцелуем к его щеке. — Бет… Мне очень жаль, но у меня просто нет времени. Поверь мне, нет ничего в мире, что я хотел бы сейчас больше, чем просто выключить компьютеры и провести немного времени с тобой, но…

Я тянусь вверх и обхватываю его руками. На мгновение он замирает. Затем, притягивает меня к себе, крепко обнимая.

— Ты молодец, — бормочу я ему на ухо. Мне кажется, ему необходимо это услышать. Его дыхание замирает в груди. Он прижимается ко мне.

— Ты самая милая женщина на свете, — бормочет он, касаясь моей щеки.

Я улыбаюсь.

— Докажи это.

— Что?

Я кладу руки ему на плечи и толкаю его на стул. Он смотрит на меня, его голубые глаза широко раскрыты. Меня это не удивляет. Это совершенно не мой стиль… но эй. Я научилась у Сайруса одному или двум приемам. Нет ничего лучше, чем секс со стриптизером, для повышения уверенности в себе.

Я прижимаюсь лицом к его шее, чувствуя, как он сглатывает.

— Прикоснись ко мне, — выдыхаю ему в ухо, проводя губами по его учащенному пульсу.

Он стонет, словно испытывает физическую боль. Возможно, так оно и есть: по мере того как я переношу свой вес на его бедра, я чувствую, как он напрягается подо мной.

— У меня нет времени, — стонет он, крепче прижимаясь ко мне. — Блять…

— Ты будешь более продуктивным, если сделаешь небольшой перерыв, — настаиваю я. — Ну же. Спорим, мы оба сможем кончить за пятнадцать минут. — Он колеблется, и я глажу его по щеке. — Джек. Ты сам себя убиваешь. Ты, наверняка, и сам это видишь. — Я провожу рукой по его светлым волосам. Я чувствую, как он слегка дрожит подо мной. Не знаю, что это — тревога, низкий уровень сахара в крови или передозировка кофеина, но, в любом случае, это неприемлемо. — Твое здоровье важнее любой работы, — напоминаю я ему.

— Нет, — бормочет он. — Не важнее этой работы. — Он прикасается своим лбом к моему. — Ты очень мила, но со мной все будет нормально.

Я тяжело вздыхаю.

— Хорошо. — Я встаю, сжимая его плечо. — Ты можешь продолжать работать. Позови меня, если захочешь отдохнуть чуть позже, хорошо? — Как только я поворачиваюсь, чтобы уйти, мой локоть задевает ручку с его стола. Я медленно наклоняюсь, чтобы поднять ее, давая ему возможность хорошо рассмотреть мои красные кружевные стринги. — Вот. — Я кладу ее обратно на стол и направляюсь к двери.

— Подожди, — произносит он.

Я улыбаюсь.

Его обеденный перерыв длится больше часа, до тех пор, пока Ками снова не просыпается.