У Есении нет ни мужа, ни детей. Это в тридцать-то лет! Зато есть престижная работа, высокая должность и собственная пустая квартира, но вечерами в ней хочется выть от одиночества. Единственным спасением Еси внезапно оказывается соседка-подросток, которая рассказывает о своем инопланетном происхождении… Понятно, что верить выдумкам ребенка не стоит, но общение двух одиноких душ, приносит радость и тепло обеим. Чтобы поддержать юную выдумщицу и отблагодарить за чудесное спасение, Есения отправляется вместе с ней на поиски загадочного отца. Но так ли все просто, как кажется на первый взгляд? И что за испытания выпадут героиням в далекой Москве?
В юридическом отделе обстановка накалилась до предела. Белокурая девушка лет двадцати, закрыв лицо ладонями, еле слышно всхлипывала за работавшим монитором. Возле нее собрались остальные сотрудники: кто со стаканом воды, кто с бумажным платком. Каждый считал своим долгом бросить негодующий взгляд за прозрачную стену, отгораживающую кабинет начальницы от остального помещения, но как только Есения Эдуардовна отрывалась от бумаг, все тут же отводили глаза. Спорить с руководителем юридического департамента самого большого в регионе агентства недвижимости решался не каждый.
— Всего лишь тридцать лет, а ведет себя, как старая грымза, — забубнила полноватая женщина в нелепом платье с крупными красными цветами и по-матерински погладила плачущую по голове.
— Был бы мужик у нее, глядишь, не кидалась так на всех подряд по мелочам, — недовольно покачала головой ухоженная брюнетка, прикладывая объемную ягодицу в голубых джинсах на край стола. — Такого ангелочка оборать.
— Вам лишь бы кости друг другу перемывать. — Мужчина сорока лет, подергал лацканы темно-синего пиджака, грустно выдохнул и вернулся к своему рабочему месту.
Есения Эдуардовна уже десятый раз читала одну и ту же строчку договора, но совершенно не улавливала смысл. Она специально не опустила жалюзи на стеклянной стене и, прикрывшись бумагами, наблюдала за отделом. Начальница знала, что ее недолюбливают за строгость и требовательность, но если бы она была размазней, то никогда не заняла вожделенного кресла руководителя. Да, она младше многих своих подчиненных, но кто виноват, что они не продвинулись дальше рядовых юристов? Глупость, не желание работать на полную, неспособность досконально разбираться в законах?
А эта новенькая девчонка просто убила! Она в договоре проверила орфографические ошибки вместо юридических промахов! Что это за специалист? Клиента с таким договором на раз-два кинут, а отвечать потом фирме! Пусть сначала доучится до конца, наработает опыт в какой-нибудь подвальной конторе, а уж потом лезет в серьезную организацию!
Есения отбросила бумаги и дернула мышку, чтобы «оживить» монитор. На заставке отобразилась прошлогодняя фотография отдела с летнего корпоратива. Естественно, начальница стояла в середине. На десятисантиметровой шпильке при росте сто семьдесят она была почти выше всех. Тщательно подобранное платье выигрышно подчеркивало стройные икры, обтягивало тонкую талию и выделяло пышную грудь третьего размера. Еся тогда долго выбирала цвет наряда и не прогадала. Даже на фото изумрудный атлас выгодно оттенял зеленые глаза, что уж говорить о реальности.
Есения на том празднике надеялась среди гостей мужского пола, приглашенных из партнерских организаций, найти достойного кавалера. Ведь она тогда уже стала начальницей юридического департамента и абы какой юрист или клерк теперь были слишком мелким песком. Но ничего не вышло, ожидания не оправдались. Те, кто действительно могли заинтересовать, пришли либо со спутницами, либо чисто выпить и закусить. От предстоящего через месяц очередного корпоратива Есения уже не ждала ничего.
Привычно постучав указательным пальцем по острой ложбинке у верхней губы, руководительница открыла почту с массой непрочитанных писем.
К чему думать о неудачах на личном фронте, если можно реализовываться на работе?
Еся еще раз бросила холодный взгляд сквозь стеклянную стену. Сотрудники уже расселись по местам, но продолжали судачить. Скорее всего, обсуждали поведение начальницы. Она неоднократно слышала, как ее называли сучкой и желали скорее найти мужика, но эти разговоры Есению мало волновали.
На засыпанном бумагами столе задребезжал внутренний телефон.
— Мерцалова, — откинув длинный русый локон, проговорила в трубку Есения.
— Зайди! Прямо сейчас! — От жесткого тона генерального перехватило дыхание.
Еся, тяжело выдохнув, поднялась из скрипнувшего кожаного кресла, одернула бежевую юбку-карандаш и, вздернув острый подбородок, вышла из «аквариума» в общий кабинет.
Сотрудники тут же замолчали и все как один уставились в мониторы. Начальница на девятисантиметровой шпильке с идеально ровной спиной продефилировала к двери не хуже заправской топ-модели. Она знала, что как только вышла из кабинета, коллектив принялся ее обсуждать и осуждать.
— Меня вызвал. — Еся свысока посмотрела на секретаршу, у которой наращенные ресницы были явно длиннее извилин и без остановки направилась к двери из темного дерева. Культурно стукнула два раза и, не дожидаясь ответа, вошла.
Денис Алексеевич развалился в кресле за рабочим столом, выкатив пузцо, обтянутое белой классической рубашкой. Он смотрел в окно и задумчиво поглаживал лысину.
— А, Еся. — Генеральный перевел затуманенный взгляд на вошедшую. — Сюда иди.
Он похлопал пухлой ладонью с аккуратно подстриженными ногтями по мягкому подлокотнику рабочего кресла.
