Жизнь без развития — тупик. Общество формирует личность в большей степени, чем люди могут себе представить. Нежелание изменить мир, отвод взгляда от преступлений, попустительство, ведут к тому, что людей просто устраивает происходящие. Как стать сильным мира сего, оставшись при этом личностью честной и свободной, когда вокруг тебя ложь и обман? Когда путь наверх сложен из костей твоих бывших коллег и друзей? Все на алтарь современного успеха, все для роскошной жизни и богатства. А для развития общества осталось — ничего.
Годы летят, чем старше становишься, тем быстрее время вытекает из ладоней, просачиваясь через ослабевающую хватку жизни. Так получается, что с годами времени все меньше, а дел все больше. Ты можешь всю жизнь гоняться за мечтой, целью, призванием, но наткнутся на пустоту. А можешь и дальше идти свой бесцельной дорогой, даже ни разу и не задумавшись о чем-то, кроме вопросов пропитания и места жительства.
Ему шел пятьдесят седьмой год, который, как и остальные пятьдесят шесть, он провел как обычный человек, просто живя свою маленькую жизнь. Теперь же, сидя на своей крохотной кухне в квартире, которая досталась ему по наследству, время для него уже ничего не значило, а жизнь превратилась в один из бесконечных сериалов, которые можно смотреть с любой серии, и ты в общем-то ничего не пропустишь. Жил он свою жизнь так, как будто кто-то поместил его в тягучее и липкое желе. Мечты… мечтал он о новом спиннинге, еще он мечтал о новом телевизоре. Стремился детей поднять, которые уже давно закончили школу, а работу так и не нашли. В отличии от него, который работал честно и много.
Так он и сидел на своей кухоньке и дымил дешевые сигареты, которые еще мог себе позволить. Жил он в маленьком провинциальном городке, скажи о котором кому-то, тот даже не будет знать в какой области он находится, так много наплодилось таких городков. Его спокойствие прервалось в тот момент, когда в дверь постучались. Стук был энергичный и мощный.
Не помня себя, он застыл на месте и сильно испугался, хоть и никаких объективных причин для рождения этого страха не было. Бояться ему и в правду было не чего. Воровал он? Ну было дело, но не так, чтобы посадить. Врать хорошо не умел, поэтому чаще всего просто молчал. Пользуясь принципом молчи и на умного походить будешь. В общем, не ждал он никого, а входную дверь все же кто-то открыл.
Ему было хорошо, отчетливо слышно, как кто-то громоздкий пыхтел и кряхтел, снимая с себя верхнюю одежду. После чего кухонную дверь открыли и дверной проем заслонил собой здоровенный мужчина.
Мужчина или парень, точно определить возраст гостя было невозможно, бородатый, с копной кучерявых волос на голове, он стоял и внимательно смотрел на хозяина дома. Крупный и крепко сбитый, с явными признаками физической активности, выдававшей себя в ширине спины и плеч.
— Ну привет, отец. — На выдохе сказал гость и не спрашивая разрешения с лету, больше падая чем садясь, опустился на стул напротив.
— Вы… Ты… Кто вы? — Испуганно промямлил владелец кухни, который был просто ошарашен поведением незваного гостя.
— Я так… — Начал мужчина уверенно и по-хозяйски взял жевательную конфету из конфетницы, стоявшей на столе. Быстро опорожнил конфету от обертки и отправил ей в широкий рот. Энергично жуя, были видны его белые крепкие зубы.
— Я, чм-чм, это, чм-чм. — Жуя продолжил гость. — Поговорить пришел.
— Но… Но… — Не уверенно запротестовал хозяин кухни.
— Неее, тут никак. — Бородатый гость залез рукой в карман и вытащил из него смятый до невозможности лист. Бережно разгладив его, он торжественно зачитал то, что было на нем написано.
— 26.06… Александр Александрович К. Торжественно поклялся отдать все, лишь бы перед смертью посмотреть, «а что, если?». Дальше бла-бла, стороны обязуются. Права и обязанности и договор обратной силы и расторжению не подлежит.
Услышав все это Александр Александрович — хозяин кухоньки, был так удивлен, что только глаза не уронил. Конечно, он не раз думал о своей жизни, стараясь при этом забить сапогами мысли такого плана подальше. Пусть мало кто может признаться себе в том, что люди боятся думать о жизни. Мало, очень мало кто может трезво и спокойно размышлять о своей судьбе и судьбе своих близких.
— Вы… — Пытался снова заговорить сидевший в шоке мужчина. — Вы… Я что умер?
— И нет и да. — Бородатый с задумчивым видом медленно поднял руку к бороде и начал её медленно поглаживать, собирая непослушные грубые волосы в один пучок. — Пока нет, но это вот-вот произойдет.
— Света! Света! — Завопил хозяин квартиры, пытаясь встать со своего места. Но крики прозвучали лишь у него в голове. Он застыл. Звуки как будто поставили на минимальную громкость, а время встало на паузу. В глазах его потемнело и холодный ужас сковал его душу. Каким-то чувством он все понял, но разум не хотел мириться с этим. Тело его бунтовало всеми доступными средствами, сигналя о критичности ситуации. Сложившееся положение было фатальным.
— Ну-с, успокойтесь, голубчик. — Все тем же спокойным и невозмутимым голосом проговорил нежданный гость. Его как будто не касалось то, что происходило вокруг Александра. — Вот вы не буддист, даже близко. Зачем истерить и бежать от неизбежного?
Встав со своего места, гость прошелся по кухне, внимательно осмотрев предметы быта и вышел из кухни. Тем временем хозяин все так же медленно поднимался со своего места, испуганно выпучив глаза.
