– А вы кто?
– Я не малыш. Я ваш преподаватель.
– Еще что-нибудь придумай, малыш…
И так час с лишним.
Когда хоть «чуть-чуть совсем» налаживается связь, я начинаю вещать:
– Итак, начинается лекция. Здравствуйте, коллеги.
– Леги-леги… – квакает эфир.
– Тема лекции: «Русские глаголы движения»…
– Женя-женя, – бурчит Солярис.
– Вы должны будете сдать работы по глаголам движения. Глаголы движения – фундаментальная проблема русской лингвистики.
– Фистики-фистики…
И так час. Наконец я озвереваю и совершенно неожиданно для самого себя ору в интернет-океан:
– Коллеги, сдаем работы по глаголам движения. Кто забыл сдать работы по глаголам движения? Срок – неделя.
Как та самая бабка с рынка.
Вот вам и «расчленёнка» страны.
Было у нас много проблем, и все – решали. И эту решим.
Покупаем редисочку, она поможет.
Сразу скажу, честно и откровенно: если выбирать между кошками и собаками, я выбираю собак. У меня их было четыре. Как говорит моя двоюродная сестра Нина: «Кошки – это ум, собаки – это любовь». Я выбираю любовь. Как Леннон. Но не все так просто, как я убедился недавно. Примерно месяц назад мой двоюродный дядя Федор и моя двоюродная же тетя Нелли как-то ехали по Калужке на своем ВАЗе-1151 по кличке «Гном». На дачу.
Они не были на ней с осени. Нужно было проверить, что там и как. АГВ и прочее. В преддверии нового дачного сезона. Дядя и тетя – пенсионеры. Выезжают на дачу в апреле – и до октября.
Дача километрах в ста от Москвы. Где-то на середине пути остановились попить кофе из термосов и промяться.
Попили кофе, промялись. В смысле целевого посещения лесочка. Посетили. Дядя – налево, тетя – направо.
Вдруг дядя Федор, уже почти до конца застегивая ширинку и жарко шепча «зашибись!», слышит голос тети Нелли:
– Теодорище!..
– Чего тебе, Нелипович?!
Это ее подлинная девичья фамилия. Ее так и звали на самом деле: Нелли Нелипович; а теперь она Нелли Савина, по мужу.
– Иди сюда, Теодорище!..
– А что такое?!
– Иди, иди, увидишь!..
И дядя Федор пошел. Видит: там тетя Нелли сидит на корточках и осторожно трогает пальцем какую-то то ли черную тряпочку, то ли черный пакетик:
– Гляди!
Дядя Федор глядит, а это никакая не тряпочка и никакой не пакетик, а кошка. Тощая, как обомжевший Сергей Зверев в анорексии.
– Это кошка, что ли? – спросил дядя Федор со свойственной всем мужчинам привычкой задавать дебильные вопросы, типа: «Ты уже пришла, что ли?», «Это суп, что ли?», «Уже утро, что ли?», «Это ты, моя жена Серафима, что ли?» и т. п.
– Нет, блин, мамонт.
– А чего это она тут делает?..
Тоже веселый вопросик, да? С очень глубоким смыслом.
– Диссертацию пишет.
Тетя Нелли несколько раз осторожно потрогала кошку в разных местах и уверенно произнесла:
– Это – «он».
– Кто – «он»?
– Кот, блин. Понимаешь? Кот это, Теодорище, а не кошка. Понимаешь? Не кошка, а кот. Тебе еще раз наглядно объяснить?
– А как ты это определила?
Я все-таки угораю над нами, мужиками.
– По бороде, блин. Ширинку до конца застегни, сексолог-недоучка.
Дядя Федор почесал бороду, покорно застегнул до конца ширинку и продолжил наглядную презентацию маскулинной умственной отсталости:
– У котов нет бороды. У них только усы.
– Да… – задумчиво произнесла тетя Нелли. – И как я с тобой почти сорок лет прожила?.. Парадокс. Ладно, Теодорище, иди и принеси хозяйственную сумку. Синяя такая, на заднем сидении лежит.
– Зачем?
– Будем котика брать. Совсем он, бедный, доходяга. Грязный весь, блохастый, небось. Выкинули, наверное, гадкие хозяева.
– Да у нас итак две кошары! – всерьез возмутился дядя Федор. – Да ты чего, Нелипович! Двое этих гепардов толстомясых. Тигров этих булимийных. Живем как в Уссурийском заповеднике. А тут – еще один кошак-нищеброд…
– Было два, станет три. С тебя, Теодорище, не убудет. Иди, блин, за сумкой.
И здесь сразу же тряпочка издала изможденное, но требовательное «мя», как бы солидаризируясь с тетей Нелли.
– Слыхал? Иди. Иди и неси.
Дядя Федор и тетя Нелли в итоге взяли кота. Съездили с ним на дачу, где все оказалось в полном порядке. Вечером вернулись назад, в Москву. Обработали котика, сводили к ветеринару и все такое прочее. Оказалось, что котик, хотя и сильно изможден, но в целом вполне здоров.
У Савиных, действительно, уже было два кота – вернее, кот и кошка, которых тетя Нелли тоже когда-то подобрала на улице. Они также когда-то были нищебродными тряпочками, но теперь отъелись и стали очень активными, живя под девизом «люблю повеселиться, особенно поесть».
Так что насчет «булимийных тигров» и «толстомясых гепардов» дядя Федор не очень преувеличивал.
Кошку назвали Бузова, потому что она (в смысле Бузова-кошка) всегда лезла, как и человеческая Бузова, на самое видное место, в центр, так сказать, событий, где изо всех сил позировала, кокетничала и делала все, чтобы стать звездой. Она действительно была чем-то очень неуловимо похожа на «телеОлю».
Единственное, наверное, их отличие заключалось в том, что хвостатую Бузову быстренько кастрировали, а бесхвостую – нет. Впрочем, за второй факт не ручаюсь.
