Вслед за остальными бойцами диверсионной группы, Иезекииль подхватил черную сумку с пластинами взрывчатки, и выскочил из распахнутых задних дверей фургона наружу. Воздух уже заполняли звуки муэдзина, призывающего всех правоверных мусульман на молитву. Еще один пункт в Багдадском соглашении, заключенном между Империей и Халифатом в прошлом столетии. Католическому собору, находящемуся в Александрии, разрешалось использовать колокола. А, мечети, соответственно, призыв муэдзина. Такой вот, компромисс.
Сама мечеть не выделялась чем-то особо примечательным. Как и собор в Александрии. Ничего сверхшикарного. Белый мрамор, шесть минаретов с золотыми полумесяцами, голубое покрытие купола. В размерах также ничего сверхъестественного. Вмещала всего около пяти тысяч мусульман. Пылинка по сравнению с Заповедной мечетью в Мекке, где при большом желании могли размеситься несколько миллионов верующих. Правда следует признать, что и пяти тысяч более чем достаточно для католического города. Пусть когда-то Гранада была под властью мусульман, но с того времени прошло уже больше пятисот лет. Отношения же между Империей и Халифатом не самые теплые, а потому очереди из желающих поселиться в христианском городе не наблюдается. Пять тысяч – тот самый предел, по большим праздникам. В обычное же время, на молитву приходит несколько сотен. В пятницу, как сегодня, чуть больше тысячи. По этим параметрам собор непорочного зачатия Девы Марии в Александрии сильно проигрывал мечети Абу-Бакра в Гранаде, поскольку ежедневное количество католиков на Святой Мессе в древнейшем оплоте христианства не превышало сотни человек. По воскресеньям едва-едва дотягивало до пятисот. Ну а на великие торжества, вроде Пасхи, Рождества или Спасения Церкви набиралось под тысячу. Но, весьма редко. Все же, во-первых, в Александрии из христиан преобладали православные, а во-вторых, католики стремились жить под защитой Империи с полным соблюдением всех своих прав. В Александрии же, территории Халифата, на должное отношение можно было даже не рассчитывать. И, смысл тогда оставаться на враждебной территории, если совсем рядом находится Католическая Империя, готовая предоставить тебе полную защиту? Вопрос риторический. Потому, численность католиков в Александрии неуклонно снижалась. И, если при открытии храма сотню лет назад речь шла о нескольких тысячах прихожан, то теперь лишь о сотнях. А, спустя еще полсотни лет при такой тенденции совершенно точно снизится до десятков. Придется поставить вопрос о целесообразности содержания храма ради нескольких стариков. Если только по политическим соображениям, не более… Но все это далекие, и не имеющие к текущей ситуации вопросы. Сейчас решались совсем иные задачи…
Чуть отделившись от основного отряда, Иезекииль влился в небольшую группу спешащих на молитву мужчин. Именно так, еще до начала операции было решено проникнуть внутрь мечети – рассредоточиться по малым группам. Во избежание ненужных подозрений, так сказать. Одно дело, когда ты один шагаешь с черной сумкой в руках, довольно сильно выделяясь на общем белом фоне, и совсем другое, когда сливаешься с общей массой, где и сумку-то особо незаметно.
Проход по небольшой площади внутри территории мечети прошел без каких-либо происшествий. У входа же несколько стражников занимали свои позиции, пристально вглядываясь в каждого проходящего внутрь. Вернее, это мозг так воспринимал – что в каждого. На деле, Иезекииль, имея за плечами несколько десятков лет инквизиторской службы прекрасно понимал: просто физически невозможно зафиксировать каждого. Особенно в такой плотной толпе. Ты можешь попытаться охватить общую картину, но никак не точечно и каждого. Дальше уже зависит от профессионализма конкретного стража. Если глаз наметан, а интуиция не пустой звук, а реальный вспомогательный орган чувств, то даже из общего плана не составит большого труда выделить нужный объект. Лично он бы смог. Тот же Красс бы смог. Почти каждый инквизитор выше третьего ранга, справился бы.
Но сейчас очень хотелось рассчитывать на минимальный профессионализм местной охраны. Все же мечеть не самый важны объект в Империи, а охрана не из инквизиторов, или храмовников. Насколько Иезекиилю было известно из тех данных, что представили на планерке во время разработки текущего плана, охрана мечети находилась в введении городской стражи Гранада. Это вселяло определенный оптимизм. Тем не менее, некоторые меры предосторожности стоило предпринять. Опустить голову, к примеру. Чуть ссутулить плечи. Постараться слиться с общей людской массой и стать невидимым, в общем.
Сработало.
Во всяком случае, ни один из четырех стражников не остановил на нем взгляда, не остановил и не потребовал показать содержимое сумки. Было бы грустно. Для охранника, прежде всего.
