- Не знаю, Юрий Борисович, кто и где наткнулся на этот кокаин! Видно, давно это было, потому что только летом мы в квартиры заглядываем. Ведь никогда не знаешь, к кому в гости попал, может, и в притон какой... И если до сих пор провалялось, значит, побоялись нюхать! Так что и беспокоиться пока не о чем, кто к этой отраве привык - запасов делать не будет.
- У сталкеров ваших, похоже, рефлекс выработался: всё в дом тащить, авось пригодится. Но не до такой же степени, уж и не знаю, смеяться или плакать! Наверное, думали, что это употребляют внутривенно, а шприц у нас достать не легче, чем сам наркотик. Надо на Совете его Привратникам раздать, говорят, способствует творческому озарению... Заодно срок годности проверим. Шучу, разумеется. Игорь Яковлевич, у меня еще по книгам к вам вопросы будут... Почему не сдаете в библиотеку, как положено?
- Потому что люди... Про книги я знал, их в карман не спрячешь. А у них вечно то лифчик из разгрузки вывалится, то ювелирка. Цепочку просмотрел вот, но там излучение невелико. Хорошо, эта дура ее почти не носила, а сталкеров дозиметром проверяли-то возле шлюза, который сам уже фонит, как реактор. Нормальные мужики, чего же вы хотите? - Серяков искренне не понимал, почему Главный возражает против мелких подарков, которыми сталкеры пытались хоть как-то компенсировать серость жизни в бункере.
- Проблемы женского белья меня не волнуют. А политику Совета по книгам вы не хуже меня знаете, порядок заведен еще при Нестерове, - теперь серые глаза Главного снова начали отливать стальным блеском, раз уж командир допускал подобные вольности, что же говорить обо всем отряде?
- Вы запретили записи, но не можете изменить человеческую память. Поступки недостойные летописей... Но стереть их нельзя.
Можно. Человеческая память - самый непрочный носитель информации. Оказывается, Грицких упустил из виду еще одну важную деталь... Сталкеры - не просто бесконтрольно вооруженные люди, они единственные имеют дело с внешним миром. Это неподвластно даже набирающим силу его «внутренним войскам». Сила эта зрела на дрожжах страха и очень быстро. Но сейчас не стоило разжигать конфликт с командиром, еще не время.
- Игорь Яковлевич, я думаю, что вы сами разберетесь и предъявите мне виновного. Наказание будет строгим, неприятным, чтобы запомнил как следует. Но ведь расстрел на месте ему не грозит, так что не будьте слишком снисходительны. Побережем людей, они нам к весне очень пригодятся. Послезавтра я нанесу визит соседям, мы договоримся, сколько людей и с какой стороны будут копать канаву под электрокабель. На все лето работы хватит, нам понадобится охрана, и ваши ребята мне нужны в целости и сохранности.
Серяков насупился. Ну, чем он сейчас-то недоволен?! Привратник и так применил все свое искусство дипломатии, пытаясь задобрить оппонента.
- Вы так и не поняли, Юрий Борисович... Почему-то считаете, что раз у человека в руках «калаш», то это сразу делает из него солдата? Я давно об этом думал... Мне кажется, сталкер - это вроде охотника. Которому приходится и в засаде посидеть, и вести себя тихо, и следы читать, мозги напрягая. То есть, он никогда не несется в бой с шашкой наголо! На войне нужна агрессивность, сила нужна, это совершенно другие качества, редко когда они в одной и той же личности совмещаются. Даже в первобытном племени воин и охотник не всегда одно и то же.
- Вы уверены, что в племени было столько народу, чтобы поддерживать такую специализацию? - усомнился Грицких. В истории и этнографии, или как там оно называется, он разбирался слабо. Хотя с точки зрения психологии мысль командира показалась любопытной.
- Уверен. Это ведь даже разное оружие. Никто же не ходил на охоту с мечом-двуручником. Одним словом, сталкеру нужно больше терпения и выносливости, чем силы и боевого духа.
- Игорь Яковлевич, вы уже смешали все эпохи! Но я вас понял, - было преждевременным обсуждать оружие первобытных племен, оно должно всплыть послезавтра, не раньше, и оказаться полной неожиданностью для всех. - А по нашему конкретному случаю: или ваши ребята стоят с «калашами», или землю копают. Выбирайте, что для вас удобнее, потому что предстоит вырыть траншею протяженностью в несколько километров. Посоветуйтесь с ними и решите. Я вас не тороплю.
* * *
