— Отправляйся без меня, — повернулся он к Дженни. — Не вижу причин, по которым ты должна портить свой вечер. Не забудь, завтра рано утром мы отправляемся в Атланту. Всем спокойной ночи. Пойдем, Стиви.
— Честное слово, Джо, — она колебалась, не решаясь последовать за ним, — тебе нет никакой нужды… Зачем расстраивать ваши с Дженни планы? Меня подвезет…
Но Джо, крепко сжав ее руку, уже тянул Стиви за собой к выходу.
— В чем дело, Стиви? — обратился он к ней, уже выезжая со стоянки на темную ленту дороги, мостом перебрасывавшейся через залив прямо к их гостинице. — Что заставило тебя менять свои планы?
— Ничего особенного. Наверное, я просто слишком впечатлительна. Потеряла голову на концерте.
Джо понял, что об истинной причине говорить ей не хочется. Отблеск фар встречной машины упал на мгновение на лицо Стиви, но не высветил на нем ничего, что могло бы дать ключ к разгадке.
Остаток пути оба провели в молчании. Развернувшись у входа в гостиницу, Джо оставил машину на попечение служащего. Стиви поднималась по ступеням лестницы, когда Джо поймал ее за руку.
— Пойдем.
Не встретив сопротивления, он повел Стиви прочь от гостиницы, пересек дорогу и направился в сторону пляжа.
— Можешь снять туфли. — Они уже ступили на прибрежный песок. — Оставь их здесь, подберем на обратном пути.
Стиви так и сделала, и они бок о бок зашагали дальше, не касаясь друг друга.
— В это время года я больше привыкла к снегу. Как-то странно идти в декабре босиком по песку.
Песок под ногами был и в самом деле теплым и мягким. В бархатно-черной воде залива лениво плескалось отражение полной луны, на берег усыпляюще нежно накатывали невысокие волны прилива.
— И все-таки, Стиви, скажи мне, что произошло вечером? Мы оба не предполагали, чем обернется для нас сегодняшнее шоу.
В призрачном лунном свете лицо Стиви казалось бледным, почти фарфоровым. Набрав в легкие воздуха, девушка решила держаться уже выбранной линии.
— У меня было время разобраться, и я поняла, что слушала твои песни как в полусне. — Голос ее доносился издалека, Стиви как бы отвечала себе самой, а не разговаривала со своим спутником.
— Но ведь это еще далеко не все, Стиви.
Она легонько вздохнула. Провести Джо не удалось.
— Ты обещал ответить на мой вопрос, помнишь, о том, что ты чувствуешь после концерта? — Ей хотелось сменить тему.
Ну ладно, малышка, я тоже сыграю по твоим правилам, во всяком случае, сейчас.
— Необыкновенный подъем и радость, только это длится всего лишь мгновения. Примерно то же, что и во время выступления, а потом все куда-то уходит. Может, тебе покажется странным, но сразу по окончании выступления накатывает что-то вроде депрессии.
— Не могу в это поверить.
Джо взял ее за руку. Стиви почувствовала, как велико его желание обладать ею прямо здесь, на пряже, однако узнав о том, что предназначенная для нее одной песня, так глубоко запавшая в душу, была всего лишь привычным завершением шоу, она исполнилась решимости держать Джо на максимально возможном расстоянии.
Они прошли еще десяток метров. Внезапно Джо остановился, продолжая держать руку Стиви.
— Никакой это был не полусон, дорогая. Непонятная сила толкает нас друг к другу. Сначала я пытался отрицать это, отказывался поверить в то, что между нами что-то существует. Но у меня ничего не вышло. Вот почему я вернулся за тобой в Денвер. — Джо подступил ближе, разжал пальцы, сжимавшие кисть Стиви, и положил обе ладони на ее лицо.
Кончики больших пальцев, едва касаясь, ласкали ее кожу, губы нежно, медленно накрыли ее рот. Воздух вокруг как-то разом сгустился. Губы Стиви раскрылись навстречу поцелую, она почувствовала, как мужские ладони скользнули по ее плечам вниз, к спине, затем под блузку. Их прикосновение оказалось таким жарким и чувственным, что потребовалась вся ее воля, чтобы успеть остановить его, чтобы избежать неотвратимо надвигавшееся. И все же сказать ему «нет» было еще труднее. Один поцелуй целиком подчинял ее чувства его желаниям.
— Я… я не могу этого сделать, Джо.
Он неохотно выпустил Стиви из своих объятий, признавая в душе ее правоту. У него просто не было права желать Стиви с той силой, что бушевала сейчас в нем.
Девушка повернулась к нему спиной и медленно побрела вдоль берега по дорожке оставленных ими же следов. Дойдя до брошенных туфелек, Стиви подхватила их и продолжила свой путь через опустевшее шоссе в сторону гостиницы. Джо шел где-то позади.
В кабине лифта не было сказано ни слова. Джо открыл дверь номера и несколько секунд простоял у порога в надежде, что Стиви все же передумает и зайдет.
— Я действительно имела в виду то, что сказала. — Стиви стояла у дверного косяка.
В молчании Джо долго не сводил с нее глаз.
— Увидимся утром. — Она была не в состоянии вынести этот изучающий взгляд и повернулась, чтобы уйти, но в этот момент Джо негромко заговорил. Губы его сложились в твердую прямую линию.
— Не понимаю, неужели между нами все должно быть так сложно? Мне казалось…
— Я знаю, что тебе казалось, Джо, но ты ошибался. Как ошибалась и я, когда думала, что ты действительно пел ту песню только для меня.
— Но так оно и было.