Соу показалось, что он отвёл лезвие противника в сторону, но тот в последний момент повернул кисть и по тыльной стороне ладони что-то чиркнуло. Крови, разумеется, не было, но его оппонент уже почуял её запах.
Кривая ухмылка появилась на лице матёрого рубаки, а в глазах засветился холодный боевой азарт.
—
*
Соу закрылся щитом и ткнул мечом в слепую. Влада, разумеется там уже не было. Зато правая рука снова почувствовала лёгкое касание.
Наруч давно лежал на земле. Попав по нему в десятый раз без видимых последствий для мага, граф Аттон ухитрился перерезать крепления, что никак не повлияло на результат. Рукав представлял из себя сплошные лохмотья, от локтя и ниже это были просто отдельные нитки, но на его коже по-прежнему не было ни единого следа от попаданий.
Причём так было везде: лицо, шея, грудь, ноги, руки, — единственными местами, куда Соу ещё не пропустил удар, оставались левый бок, защищённый щитом, и спина. Как он не старался большинство выпадов графа кончались попаданием. В свою очередь Соу никак не мог достать быстрого и ловкого противника… Но это ничего не меняло. Большие песочные часы отсчитывали последние секунды уже десятой минуты.
*
Влад был в бешенстве. Он ничего не мог сделать этому проклятом магистру. Сбив с того наруч и располосовав кольчугу, он надеялся пробить руну, но вместо этого просто затупил меч, а ведь его предупреждали об этом. Он не поверил, думая, что это лишь метафора. Оказалось нет, в прямом смысле доспехи защищали оружие от мага.
Граф Аттон редко проигрывал пари, особенно те, что затеял сам. Хотя в жизни случалось и такое. Но сейчас дело было совершенно в другом. Больше всего он ненавидел магистров за то, что они считают себя лучше людей во всём: они умнее, сильнее, мудрее, великодушнее, сдержаннее…И сейчас он лично, своими руками, доказал их правоту. От этого было сто крат обиднее признавать поражение.
А ведь они с самого начала знали результат. Когда он первый раз взглянул на часы, к концу подходила пятая минута, а Клаус Фетлир даже не следил за временем. Он о чём-то беседовал с распорядителем полигона, Мирая вообще ушла, ей было просто не интересно. Зато этот Соу проследил за его взглядом и бросил: “Забудь о времени — бой до конца”. Влад тогда ещё подумал, до конца чего, если меч уже тупой, будто им неделю кололи дрова.
Распорядитель вспомнил о своих обязанностях лишь на двенадцатой минуте и наконец подал сигнал об истечении времени.
— Магистр, я признаю поражение. — Влад в сердцах замахнулся чтобы бросить оружие на землю, но в последний момент передумал, и в пыль полетела его шляпа. — Я не отказываюсь от своих слов. Но…
— В этом нет смысла… — Граф Насторожился. Магистр Бесстрашный будто прочёл его мысли. Заметив странную реакцию собеседника, Соу поспешил продолжить. — Я не читаю мысли. Просто вы не единственный, кто так считает. — Маг кивнут в сторону Клауса Фетлира.
— Со всем уважением. — Граф потянулся к голове, но шляпы там уже не было.
Противники опустили оружие и подошли друг к другу. Влад искал глазами хоть каплю крови. Магистр тем временем задумался, устремив взор куда-то вдаль.
— Тэй’Аттон, даже если вы не видите смысла… Может его там и нет — это не важно. Если вы профессионал — сделайте так, чтобы смысл в моём обучении появился. — Бесстрашный посмотрел ему в глаза и с грустью вздохнул. — Мне нравится оружие. Любое оружие. Жаль, что в моих руках оно бесполезно.
Граф молча кивнул. Меч, которым сражался магистр со звоном упал на землю. Сперва Влад подумал, что Бесстрашный выбросил его, но присмотревшись заметил, что на земле лежит лишь клинок без эфеса. Соу так же смотрел на дело рук своих.
- ****! *******! — Маг выругался на непонятном языке. Сорвал щит и ударил им об колено. Доски, выдерживающие удар кованого железа, разлетелись. В руках магистра остались лишь половинки, соединённые стальными полосами, которые тот разорвал словно ткань.
***
— Не списывай! — Найя нахмурила брови и с осуждением посмотрела на Соу.
— Да у меня просто шея затекла… — В подтверждение собственных слов мужчина активно завращал головой, делая вид что разминает мышцы.
Тэа’Илла, не привыкшая к тому, что магистры могут так бесхитростно и наивно врать, приняла его слова за чистую монету, а вот сидящая напротив Сольди тихонько захихикала.
Как только мать вернулась к стирке и перестала за ними следить, девочка тут же повернула свой лист бумаги, чтобы “однокласснику” стало легче подглядеть правильный ответ. Мужчина молча поблагодарил напарницу, но решил не жульничать.
*
Так как денег У Соу не осталось совсем, а просить у Мираи он постеснялся, пришлось одолжить медью несколько серебряных у Юнны. Якобы на еду в нижнем городе, где он стал проводить много времени.
