Пейдж трясло от ярости. Ее часть операции прошла успешно. Это Кох отравил пациента чрезмерным наркозом.
Когда Пейдж третий раз приставила дефибриллятор к груди Ланса Келли, доктор Баркер подошел к операционному столу и, повернувшись к ней, сказал:
— Вы убили его.
Джейсон проводил совещание по обсуждению проекта, когда секретарша сообщила ему:
— Вам звонит доктор Тэйлор. Передать ей, что вы перезвоните?
— Нет. Я поговорю. — Он снял трубку телефона. — Пейдж?
— Джейсон…, мне надо увидеть тебя! — Она всхлипывала.
— Что случилось?
— Ты можешь приехать ко мне?
— Конечно. Сейчас буду. — Он поднялся. — Совещание закончено. Продолжим завтра утром.
Через полчаса Джейсон был уже у Пейдж. Она открыла дверь и бросилась ему на шею. Ее глаза покраснели от слез.
— Что случилось? — спросил Джейсон.
— Это ужасно! Доктор Баркер сказал…, что я убила пациента, но если честно, то…, это не моя вина! — Голос Пейдж дрогнул. — Я не могу больше…
— Пейдж, — спокойно начал Джейсон, — ты же рассказывала мне, какой он всегда несносный. Просто у человека такой характер.
Она покачала головой.
— Тут нечто большее. Он пытается выжить меня из больницы с самого первого дня, когда я начала с ним работать. Джейсон, если бы он был заурядным врачом и обвинял бы меня в некомпетентности, я бы не стала обращать внимания. Но он чудесный врач. Я очень уважаю его мнение. А значит, я действительно некомпетентна.
— Чушь, — сердитым тоном заявил Джейсон. — Ты отличный врач. Так считают все, с кем я говорил.
— Но не Лоуренс Баркер.
— Забудь о Баркере.
— Я так и сделаю. Потому что увольняюсь из больницы.
Джейсон обнял ее.
— Пейдж, я же знаю, как сильно ты любишь свою работу, ты не сможешь ее бросить.
— А я и не собираюсь бросать. Просто больше не желаю работать в этой больнице.
Джейсон достал носовой платок и вытер ей слезы.
— Мне очень неудобно беспокоить тебя своими проблемами.
— Но ведь для этого и существуют будущие мужья, не так ли?
Пейдж улыбнулась через силу.
— Мне так приятно это слышать. — Она глубоко вздохнула. — Я уже чувствую себя лучше. Спасибо, что успокоил меня. Я позвонила доктору Уоллису и сообщила ему, что увольняюсь. Сейчас собираюсь поехать в больницу и поговорить с ним.
— Увидимся вечером за ужином.
Пейдж шла по больничным коридорам, понимая, что видит их в последний раз. Знакомые звуки, спешащие по делам люди. Больница стала для нее домом. Пейдж вспомнила Джимми, Чанга и всех тех замечательных докторов, с которыми ей довелось работать. Вспомнила милого Джейсона, который ходил с ней на обход в белом халате. Прошла мимо кафетерия, где вместе с Кэт и Хони сотни раз завтракала, мимо комнаты отдыха, где они пытались устроить вечеринку. Коридоры и палаты были полны воспоминаний. «Я буду скучать без всего этого, — подумала она, — но все равно не желаю работать под одной крышей с этим монстром».
Она вошла в кабинет доктора Уоллиса. Он ожидал ее.
— Должен сказать вам, Пейдж, что ваш телефонный звонок удивил меня! Это ваше окончательное решение?
— Да.
Бенджамин Уоллис вздохнул.
— Ладно. Но доктор Баркер хотел бы поговорить с вами до того, как вы уйдете из больницы.
— Я тоже хочу поговорить с ним. — Гнев, который Пейдж старалась сдерживать, вырвался наружу.
— Он в лаборатории. Что ж…, желаю удачи.
— Спасибо. — Пейдж направилась в лабораторию. Когда она вошла туда, доктор Баркер рассматривал под микроскопом какие-то снимки. Он поднял голову и взглянул на Пейдж.
— Мне сказали, что вы решили уйти из больницы.
— Совершенно верно. Наконец-то ваше желание исполнилось.
— Какое желание?
— С первого же момента, как только увидели меня, вы желали, чтобы я уволилась. Что ж, вы победили. Я больше не могу бороться с вами. Когда вы сказали мне, что я убила вашего пациента… — голос Пейдж дрогнул, — я…, считаю вас садистом, бессердечным сукиным сыном, и я вас ненавижу.
— Сядьте, — предложил доктор Баркер.
— Нет. Мне нечего вам больше сказать.
— А у меня есть что вам сказать. Какого черта вы думаете?…
Внезапно он замолчал и начал хватать ртом воздух.
Пейдж в ужасе смотрела, как он схватился за сердце и повалился на бок в кресле; его рот перекосило.
Пейдж моментально подскочила к нему.
— Доктор Баркер! — Она схватила телефонную трубку и закричала в нее:
— Код «Красный»! Код «Красный»!
— У него обширный паралич, — сообщил доктор Петерсон. — Пока еще рано говорить, выкарабкается он или нет.
«Это моя вина, — подумала Пейдж. — Ведь я желала смерти». Она чувствовала себя ужасно.
Пейдж вернулась в кабинет доктора Уоллиса.
— Мне очень жаль, что это случилось, — сказала она. — Он был прекрасным врачом.
— Да, очень жаль. Очень… — Уоллис внимательно посмотрел на нее. — Пейдж, но если доктор Баркер не сможет больше работать у нас, то, может быть, вы останетесь?
Пейдж замялась.
— Да. Разумеется.
В его медицинской карте было записано: «Джон Кронин, белый, мужчина, семьдесят лет. Диагноз: опухоль на сердце».
Ему предстояла операция. Пейдж еще не видела пациента. Она вошла в его палату в сопровождении медсестры и лечащего врача, тепло улыбнулась и сказала:
— Доброе утро, мистер Кронин.
