– Леди и джентльмены, вы выслушали множество свидетельств компетентности или некомпетентности доктора Тэйлор. Но судья Янг разъяснит вам, что не это является предметом данного судебного разбирательства. Я уверен, что на свидетельство каждого доктора, не одобряющего ее работу, найдутся свидетельства десятка докторов, одобряющих ее. Однако дело не в этом. Пейдж Тэйлор обвиняют в смерти Джона Кронина. Она призналась, что помогла ему умереть. И сделала это потому, что он страдал от невыносимой боли и сам попросил ее об этом. Перед вами случай эйтаназии, которая находит все большее признание по всему миру. В прошлом году Верховный суд штата Калифорния признал право находящихся в здравом рассудке совершеннолетних людей требовать или отказываться от любых форм медицинского лечения. Это право личности, которой предстоит жить или умереть, соглашаться или отказываться от лечения. – Пенн вгляделся в лица присяжных. – Эйтаназия – это акт сострадания, милосердия, и я с уверенностью могу заявить, что в тех или иных формах она имеет место в больницах всего мира. Представитель обвинения требует смертного приговора. Не допустите этого. Эйтаназия никогда не влекла за собой смертных приговоров. Шестьдесят три процента американцев считают, что эйтаназию следует узаконить, и в восемнадцати штатах нашей страны она уже узаконена. Весь вопрос заключается в том, имеем ли мы право заставлять беспомощных пациентов жить, испытывая боль, принуждать их жить и страдать. Решение этого вопроса осложнилось нашими значительными успехами в области медицины. Мы доверили уход за пациентами машинам. Но машины не знают милосердия. Если лошадь ломает ногу, то мы пристреливаем ее из жалости. Но человеческое существо мы обрекаем жить в аду. Доктор Тэйлор не принимала решения, когда умереть Джону Кронину. Джон Кронин сам решил это. А доктор Тэйлор, без сомнения, совершила акт милосердия. Она взяла на себя всю ответственность за это. Вы можете быть уверены, что доктор Тэйлор совершенно ничего не знала о деньгах, которые оставил ей Джон Кронин. То, что она совершила, проникнуто исключительно духом сострадания. У Джона Кронина было больное сердце, неоперабельная стадия рака, поразившего все тело и вызывавшего невыносимые страдания. Задайте сами себе всего один вопрос. Захотели бы вы жить в подобных обстоятельствах? Благодарю вас. – Алан Пенн вернулся к своему столу и сел рядом с Пейдж.
Гас Венабл встал и подошел к скамье присяжных.
Бледная и напряженная Пейдж ловила каждое его слово.
– Представитель защиты говорил нам тут об эйтаназии. Но разве то, что совершила доктор Тэйлор, было продиктовано состраданием? Я так не думаю. И сама доктор Тэйлор, и другие свидетели подтвердили, что мистеру Кронину оставалось жить всего несколько дней. Так почему же она не позволила ему прожить эти несколько дней? Наверное, доктор Тэйлор боялась, что миссис Кронин узнает о том, что ее муж изменил завещание, и опротестует его. И в этом плане наиболее примечательно то совпадение, что, сразу же после того как мистер Кронин изменил завещание и оставил доктору Тэйлор миллион долларов, она ввела ему смертельную дозу инсулина и убила его… Неоднократно обличали обвиняемую ее же собственные слова. Она утверждала, что находилась в дружеских отношениях с Джоном Кронином, что он уважал ее. Но вы слышали заявления свидетелей, что он ненавидел доктора Пейдж Тэйлор, называл ее «эта сучка», советовал ей держать подальше от него свои гребаные руки.
Гас Венабл снова взглянул на обвиняемую. На лице Пейдж было написано отчаяние. Он повернулся к присяжным.
