…Их приземлили на небольшом, но довольно хорошо оборудованном космодроме, когда-то принадлежавшем правительству Ко-она. Когда-то секретном… Айхен прочувствовал себя плохо, когда увидел на нем звероноидов… столько звероноидов! На космодроме кипела работа, превращая хорошо отлаженный механизм жизнедеятельности принимающих и отправляющих корабли служб в нечто невообразимое.
Основные работы проделывали несчастные коренные жители Kо-она — это были низкорослые безволосые существа, с коричневатой сморщенной кожей, не очень симпатичные, но вызывающие самое живейшее сочувствие своим незавидным положением.
Их домом была планета с редкостно благоприятным климатом, от экватора до полюсов среднегодовая температура менялась очень незначительно, поэтому ко-онцы были такими нежнотелыми, миролюбивыми… Ученые и философы частенько избирали «ко-онский феномен» предметом обсуждений, когда в очередной раз вставал вопрос об эмоциональной природе разумного существа, о влиянии климата на характер и менталитет нации — Ко-он был прямым доказательством того, что влияние это имеет место.
Так же планета вызывала пристальное внимание у представителей таких областей науки как экология, биоинженерия, космология, ей интересовались специалисты по формированию искусственных небесных тел пригодных для обитания, имеющие желание добиться от своих детищ чего-либо подобного. Пока не очень получалось. Пока Ко-он оставался уникальной в своем роде планетой.
— За мной, — проскрипел звероноид и направился в сторону административного корпуса, вокруг которого прохаживалось больше всего звероноидов и не было ни одного ко-онца.
Интуиция подсказывала принцу, что идти туда не стоит, что любыми способами следовало бы избежать этого… но он никак не мог придумать как. Различные варианты бегства мелькали в голове с невероятной скоростью… впрочем, ни одного хоть сколько-то реалистичного среди них не было. Эх, если бы раздобыть хоть какое-нибудь оружие!.. Черт его знает, чем вообще можно убить звероноида, проводились ли какие-нибудь исследования по этому поводу? Ох, люди, люди — пока гром не грянет…
Айхен старался идти как можно медленнее и вертел головой по сторонам, стараясь все увидеть и сделать выводы… как здесь все организовано, какие имеются недоработки?.. Единственным обнадеживающим фактором было то, что звероноиды использовали на работах местных жителей, может быть, этим удастся воспользоваться… как-нибудь. Принц знал ко-онцев, вряд ли звероноиды знали их так же хорошо… вряд ли они хоть сколько-нибудь их знали, иначе поостереглись бы… иначе постарались бы поскорее уничтожить их всех до единого, рискуя остаться без рабочей силы и трудиться самим.
Ко-онцев не было вокруг административного корпуса, их не было, скорее всего, и внутри него, они — вялые, заторможенные, бессмысленно хлопающие пустыми мертвыми глазами, выполняли указания завоевателей. Они казались тупыми, безвольными и совершенно безобидными, настолько шокированными неожиданной переменой в своей размеренной, сытой и благостной жизни, что походили на растения… на глупых коров. Маша смотрела на них со все нарастающим ужасом — ей казалось, что звероноиды лишили этих несчастных разума, как выразился бы кто-нибудь из землян, «зомбировли» какими-нибудь хитроумными электромагнитными волнами. Маша так мало разбиралась во всем этом, но боялась… боялась, как и большинство землян, хотя многие из них в этом не признавались. Даже себе.
Она шла вслед за принцем все более овладеваемая паникой, ее разум пульсировал безумными мыслями, такими, к примеру, чтобы сорваться и побежать что есть духу куда-нибудь… через все огромное поле космопорта… затеряться между кораблей, забиться куда-нибудь… Звероноиды такие медлительные, пока они сообразят, что произошло, она будет уже далеко… Почему Айхен идет, как послушная овца на заклание?! Нужно что-то делать!
Она дернулась, уже почти решившись… принц, словно прочтя ее мысли, схватил ее за рукав.
— Не делай глупостей! — яростно прошептал он.
Маша посмотрела на его бледное, словно окаменевшее лицо, посмотрела в горящие глаза и тяжело перевела дух.
Почему-то она верила в него… верила, что принц не собирается помирать и что сделает все возможное — все возможное и невозможное! — чтобы выкрутиться, и, спасая себя, возможно, спасет ее… Она пошла за ним, как кролик… как маленький несчастный кролик…
Гелдзз был болен. Он чувствовал себя все хуже, с каждым проведенным на этой планете часом — все хуже и хуже. Здесь было слишком жарко, и даже самое непродолжительное пребывание на открытом воздухе изматывало ужасно, еще больше обостряло приступы зуда… зуд терзал его, практически уже не отпуская, от этого зуда его уже начало трясти.
