Следующей была лавка, в которой продавались термосы. Интересно, зачем они им здесь, если любую жратву можно спокойно подогреть прямо на земле и через пять минут всё будет готово?! За прилавком стояла чернокожая «мадам Грицацуева». Она была уже пожилой, но такой же здоровой, как боксер Валуев в лучшие годы своей спортивной карьеры. Увидев нас, сразу же усиленно начала предлагать свою продукцию, которая, кстати, отличалась оригинальностью. Термосы имели причудливые формы. Они представляли из себя и девушек из «Playboy», стоящих в игривых позах, в основном раком, и героев мультфильмов – веселого мышонка Микки-Мауса и скупого утя Скруджа МакДака, и даже сладкую парочку Барби и Кена! Торговка в конце своей хвалебной речи товару, громко хлопнув себя по мощной груди, представилась:
– Мама Гана!
– Катя Рублева, – скромно ответила я, поскольку лицом стояла к ней первой.
Она радостно, как слон, идущий на водопой, громогласно рассмеялась и по-дружески слегка треснула меня по плечу.
От такого проявления доброжелательности удержаться на своих двоих я не смогла, потому как меня швырнуло прямо на Магомета, который, в свою очередь, рухнул на ошалевшего Ричарда Банду. Сразу же вспомнился инцидент в самолете, когда таким же образом я сбила с ног старика и стюардессу. Эта тетка почти за одну минуту, слегка приложившись ко мне, отправила нас троих почти в нокаут! Вот кого надо выпускать на ринг против боксера Кличко! Она раздавила бы его в один момент в первом же раунде! Ганская Кинг-Конгша и сама очень испугалась, увидев нашу поверженную троицу, барахтающуюся в красной африканской пыли, и попыталась приблизиться к нам. Мы прямо перепугались, что нам сейчас еще и добавят, но толстуха, как щенков, за шкирку подняла нас троих с земли и, чтобы загладить свою вину, подарила нам один из своих «шедевров» – плейбойскую, а вернее, плебейскую бабу в одних трусах и с заячьими ушами на макушке. Трофей почему-то вручила именно Магомету, видимо, сердцем чувствуя, кто является любителем подобных кисок. Крепко держась друг за друга и пошатываясь, чумазые и крайне обалдевшие, мы, едва передвигая ногами, дошли до какого-то здания и остановились, чтобы перевести дух.
Боже, надо до завтрашней операции еще попробовать остаться в живых! После дружеского приветствия мамы Ганы и падения все части тела слегка побаливали. Я оглянулась и увидела на окне красочную вывеску. На ней во весь свой огромный и зубастый африканский рот улыбался какой-то дядька, а внизу крупными буквами было написано «Massage». Э… да это же мое самое, что ни на есть, желанное времяпрепровождение! Массаж я обожаю до потери пульса, но получать такое удовольствие мне приходится не часто: в основном, из-за стойкого сопротивления партнера по жизни и вечным приключениям Андрея Рублева, который делает его всегда только из-под палки, постоянно ругаясь и скандаля со мной, нередко притворяясь не только больным, но и мертвым! Оглядев своих спутников по прогулке, робко предложила:
– Может, зайдем?
И мы зашли. За стойкой массажного кабинета стояла миловидная девушка, при виде которой у неисправимого и неуправляемого бабника Магомета Таировича уже закапала слюна сладострастия. Мне стало обидно, что, глядя на меня, у него такой рефлекс не вырабатывается! Мы заплатили деньги за один сеанс, и работница провела нас в массажный кабинет. «Интересно, – подумала я, – эти двое тоже будут присутствовать при таинстве массажа, когда мое голое и, по мнению Олега, несовершенное тело будут мять профессиональные руки африканского массажиста?» Обнажаться при моих спутниках мне совсем не хотелось, потому что один из них был отчаянным баболюбом, а второй хоть и являлся медработником, но, как заявлял ранее, возбуждался от вида голых белых самочек.
Ожидание продлилось недолго. Послышались шаги, и в комнату в белом халате вошел тот самый африканец, который лучезарно улыбался на плакате. Но… у него… не было рук! Вообще никаких: ни правой, ни левой! Ноги были, а рук нет! Мы так растерялись, что просто молча пялились на него. Мужик поздоровался, бодрыми шагами подошел ко мне и… небольно укусил меня за выглядывающее из футболки голое плечо! Тут, в конце концов, у меня прорезался голос, и не только у меня. Первым, как больной, заголосил Магомет:
– Ты что жэ это дэлаешь, а, сын шакала? Зачэм кусаешь моя жэнщина?! – возмутился он.
– Рич, – испугалась я по-настоящему, – может, это кабинет людоеда и они так заманивают белых людей?!
В это время безрукий, неслышно подобравшись ко мне сзади, в очередной раз укусил меня, но теперь за загривок. Этого уже я выдержать не могла! Хорошо еще, что укусы безболезненные и, надеюсь, не слишком ядовитые, но может, это только разогрев перед приемом пищи?!
Возмущенный Рич на их языке что-то крикнул этому кусачему чуваку в белом халате. Тот удивился и начал объяснять. Когда он закончил свою темпераментную речь, наш док схватился за живот. Магомет недоуменно спросил:
– Ну, что там? Что говорит этот зубастый паразит?
