Когда я собрался ринуться в атаку на это мерзкое нечто, — так как назвать это Богом у меня язык не поворачивался, — в моей голове раздался голос.
— Как ты попал сюда смертный, как ты посмел явиться ко мне, я вижу твои намерения вмешаться в мои планы. Ты слаб, ты ничто предо мной, совсем скоро я достигну уровня надзирателя, что создал меня. Я займу его место и буду править и набираться сил, пока не подчиню себе все мироздание. Все, все будет моим, я стану новым творцом. Я нашел способ как стать им.
Это нечто говорил, говорил и говорил, даже его голос был пропитан чем-то мерзким и тошнотворным. Размеры этой сущности поражали, да же приблизительно я не мог оценить их.
Первый мой порыв броситься и начать рвать на куски, прошел. Оценив свои силы с размером этого, я прекрасно понял, что мои действия будут просто как комариный укус слону, если вообще хоть как-то скажутся на нем
Он не атаковал меня, не предпринимал никаких действия для своей защиты, он говорил, говорил и говорил. Первое что я решил сделать это попробовать перекрыть ему доступ к душам. Разорвав одно из ближайших щупалец, по которым поступали новые души, стал наблюдать за тем, как несколько освободившихся душ стали растворяться в пространстве, это нечто пыталось поймать их, отрастив новые щупальца.
Но освобожденные души, по-видимому, выходили из-под его контроля и устремлялись на перерождение. Но когда оно восстановило разорванный канал, души снова стали поступать к нему. Я попробовал включить поглощение энергии, но, когда эта энергия попала в мое ядро, меня скорчило от боли. Отрубив поглощение, я стал думать, как можно расправиться этой мерзостью.
Я даже подумал, попробовать позвать ту странную парочку, но вовремя одумался, ведь если они ничего не предпринимают, то это нечто не нарушает правила.
А я еще раз убедился в том, что постичь замысел, сущности такой вылечены, разумом простого смертного просто невозможно. Пусть я и изменился физически, возможно немного духовно, но разум и мышление у меня остались прежними, простого человека с планеты Земля.
Пока думал, не прекращал действовать, под не прекращающийся бубнеж, я рвал каналы, тем самым освобождая единичные души, я понимал, что это не выход, но как уничтожить разом ЭТО я не представлял.
Спустя какое-то время меня посетила идея, направиться по одному из каналов и на той стороне уничтожить храм, жертвенник и всех жрецов, думаю это мне будет по силам.
Главный жрец этого храма, наслаждался медленно вскрывая грудную клетку очередной жертве ритуальным кинжалом. Конечно, ему хотелось бы вскрывать молодых и сильных, но эти неверующие предоставляли только стариков и болезных которых невозможно было вылечить. Ничего он чувствовал, что их Бог скоро станет сильнее и тогда он сможет утолить свою жаду во имя своего Бога. Во имя его он и все жрецы развернуться и будут убивать всех кого захотят. Сбросив в яму очередной труп он не торопясь направился вдоль рядов жертв, выбирая кого-то покрепче кто помучается подольше. Скривившись, он схватил безногого старика, который смотрел на него с высокомерием и превосходством.
Он специально тащил его так чтобы он стукался об пол, но, к его сожалению, жертва не проронила ни звука, даже когда его положили на жертвенник из его глаз никуда не делось презрение и превосходство.
Наклонившись к лицу старика, он прошипел, — ты будешь долго страдать, пока отдашь свою душу нашему Богу, я прилажу все свои умения для этого.
На его слова, старик лишь криво улыбнулся своими потрескавшимися губами.
Когда жрец стал медленно делать первый надрез на теле старика, он почувствовал, как что-то произошло с каналом, связывающим его с Богом, а затем он полетел от сильного удара в грудь.
Проследовав по каналу, я оказался в хорошо освещенном, богато обставленном круглом помещении с высокими потолками. В центре помещения оказался черный каменный постамент, в потеках засохшей крови, рядом была дыра в полу, куда при моем появлении жрец сбросил труп истерзанной старушки.
Пока я был в виде энергии, жрец меня не видел. Он прошелся вдоль рядов стариков и искалеченных людей очередную жертву, которой стал безногий старик. Старик явно был ранее воином, все его тело покрывали шрамы, где он потерял ноги мне не известно. Я видел капсулы, которые вполне по моему мнению могли его исцелить, как и всех изувеченных, но по какой-то причини они это не делали. Никто из находящихся здесь, не рыдал не упирался, а словно они сами пошли на эту жертву. Как у одного души были чисты и сияли ровным белым светом, в противовес у жреца душа была черна и держалась от распада лишь благодаря мерзкой энергии бога.
Когда жрец положил старика на жертвенник, он прошептал ему что тот будет страдать, старик отреагировал на это лишь кривой улыбкой и твердым взглядом.
