Мой вес, для Амины не был чем то, запредельным. Но с проклятием, что на нас действовало, ей было тяжело удерживать веревку и меня на ней. В забрался быстро. Подойдя к ней, обнял ее. Крепко прижал к себе и сказал спасибо. Подхватив ее на руки, пошел, не торопясь по проходу. Который был уже пятьдесят метров в ширину и пятнадцать в высоту, каждый шаг раздавался эхом. Что создавало гнетущее ощущение. Но сама обстановка в проходе говорила об обратном. Гораздо чаще встречались мхи и мелкие букашки, которые сновали между пяточками, поросшими им. Жизнь продолжала свой вечный путь и хорошо выполняла свою работу.
Пятнадцать километров, такой длинны был этот проход. К своему окончанию или началу, он расширялся.
Девяносто седьмой этаж встречал нас дождливой погодой, от прохода вела дорога похожая скорее на сплошную лужу. По краям дороги росли редкие чахлые деревья и мелкие кусты, по земле сплошным ковром расстилалась пожухлая трава. Дождь был одним из мерзких, который с порывами ветра, постоянно попадает во все возможные щели в одежде. Нам это не грозило, но хватило воспоминаний, чтобы меня передернуло.
Выйдя под эту непогоду, провалился сразу по калено в лужу и не удержавшись плюхнулся плашмя. Да, все-таки хорошо, что костюм герметичный. Ами, оказалась более ловкая. Лежа в луже, почувствовал снятие очередного уровня проклятия. Будто бы глоток свежего воздуха.
Когда ты привыкаешь к чему то, и это становится для тебя обыденным, ты не понимаешь, чем ты обладаешь. Теперь, еще более осмысленно смотрю на все свои возможности, которые появились у меня. Еще больше благодарен той случайности или не случайности, благодаря которой угодил в ту аномалию и у меня есть те, кем я дорожу и имею то, что имею. Встав, поклонился в пояс. И сказал спасибо, со всей искренностью на которою был способен. И что то, хлопнуло меня по заднице. Я подскочил как ужаленный, бешено крутясь на месте. Но ничего не увидел. Только далекий мелодичный смех говорил, о том, что мне не привиделось. Ну и ноющая боль в моем нижнем полушарии мозга. Потрясая кулаками в верх. Стараясь смолчать и не наговорить чего либо, лишнего. Несколько раз вдохнув, выдохнул. Успокоился. Развернулся и пошел. Поскользнулся и снова плюхнулся в лужу.
Тут уж я не выдержал и стал ругаться, всеми словами, которые только знал. Кое кого конечно я не вспоминал, чур меня чур. Так сказать выговорившись, тем самым сняв моральное и нервное напряжение, встал.
Вот что мат животворящий делает. Спокойно вышел из лужи, осмотрелся, выбрал, как я подумал верное направление и двинулся в путь. Остановился, так как Амина, почему-то осталась на месте. Вернулся к ней. Посмотрел в глаза, там был дикий ужас. Потряс ее за плечи, еще раз чуть сильнее и когда уже хотел дать ей пощёчину, заметил проблески возвращающегося разума.
Оглянувшись по сторонам, нервно хихикнув. — Не обращай внимания, это моя хорошая знакомая «юмористка». Она любит так, пошутить надомной.
Взяв под локоток свою «пантерку», быстрым нервным шагом, постоянно оглядываясь, направился прочь от этого места. Таким темпом прошли около часа и меня отпустило. Постояв немного придя в чувства. Сказал Амине.
— Никогда, не оскорбляй то, что ты не знаешь. Возможно, оно все-таки есть. — нервно оглядываясь по сторонам, шёпотом сказал Амине.
Постаравшись выбросить эти воспоминания из головы. Стал осматриваться куда мы так спешно забрались. — Клео, у нас есть какие-нибудь дроны, разведчики? — После моего вопроса, в воздух взвилось более сотни мелких шарообразных механизмов.
Давай пока постоим здесь? Мне как-то после встречи с нашей знакомой то же не по себе. Я все спокойно обследую, сделаю карту и по ближайшему маршруту выдвинемся к следующему проходу.
Буквально через десяток минут раздался нервный голос Клеопатры.
Внимание к вам приближается армия нежити, пока вижу несколько тысяч объектов. НЕТ десятков тысяч. Ох ебана рот их тут сотни тысяч. Готов те оружие.
