— Слишком открытая, я бы сказал. Влияние знаменитой бабки. Надеюсь, Динлис будет умнее и учтет все ее ошибки на пути к счастью. Или натворит новые. Но мне нравится ее общество, а полковник Хут просто обожает нашу безобразницу. Готов выполнять любые капризы.
Пока брат расспрашивал Рафаля о племяннице, Амирхан набрасывал в голове детали предстоящего путешествия.
«Лиша умеет добиваться своего, конечно, она убедит сианку помочь с дорогой. Летмобиль доставит нас до границ горного хребта, затем мы наймем в поселке лучшего проводника и носильщиков. Большая охрана вряд ли понадобится. За два дня постараемся успеть. Хм… она не стала спорить, когда Динлис завела речь о муже. Это приятно».
Неподалеку от военной базы сианцев, словно ободранный щенок под пятой могучего волка томился духотой маленький харакский городишка, чье название Динлис даже не могла вспомнить.
Из достопримечательностей в нем были: нелегальный игорный клуб для солдат да пара развлекательных заведений с хорошей выпивкой, местной музыкой и чистым «дымком» за особую плату.
Желая собрать этнографический материал, Динлис почему-то начала именно с одного из таких домов и теперь с усмешкой презентовала его гостям с Нийласа.
— Раз уж вам не терпится попасть в Батрейи, я уговорю полковника насчет сопровождения до Тач-Тары, дальше его полномочи кончатся. Но предупреждаю, в ущелье нечего смотреть. Военная техника давно обросла травой и ушла под глину. Зато на плато, кажется, доживает какое-то племя скотоводов, там можно спросить проводника, но предупреждаю, этот народ отсталый и бедный. С ними не интересно. Возвращайтесь скорее, иначе не застанете меня на базе. Мне скучно подолгу сидеть на одном месте.
— Разве ты уж собрала все материалы о коренных харакчанах? – спросил Амир. – Может, стоит расширить зону исследования. Твоя знаменитая бабушка не брезговала даже мутантами.
Алейша с благодарностью подняла на него взгляд и поделилась своим впечатлением от недавней поездки на Гиду.
— Миссия Касалано процветает. Каждую третью воспитанницу зовут Миной.
— Я не стремлюсь оставить о себе подобную славу, - заявила Динлис. – Зачем лезть к дикарям, когда множество цивилизованных женщин еще терпят нужду и вынуждены с боем отстаивать свои права. Вам не понять, вы росли во дворцах.
Амирхан иронично скривился, наблюдая за Тамилом, который придирчиво выбирал напитки из корзины у двери. Для знатных посетителей отвели самую просторную комнату, где вместо кресел и диванов вдоль стен в беспорядке были набросаны плетеные циновки, ворсистые коврики, подушки и хорошо выделанные шкуры.
Два узких окна под самым потолком прикрывали занавеси из толстых ниток, продетых сквозь обточенные камешки, металлические и глиняные фигурки. Каждый порыв сухого пыльного ветра заставлял их жалобно шуршать, натыкаясь друг на друга в связке.
Когда на серой грубой скатерти появились горячие блюда с мясом и овощами, Динлис велела позвать музыкантов и окурить комнату ароматической смесью. Динлис чувствовала себя здесь как рыба в воде и с любопытством хозяйки отслеживала реакцию посетителей.
Алейша из вежливости попробовала тушеное крылышко дикой птицы и храбро отхлебнула из запотевшего бурдюка. Харакчанка с татуированными по локоть синими руками принесла свежие тонкие лепешки. Вот они оказались хороши на вкус. А еще принцессе понравились звуки длинной, расщепленной на конце дудочки, словно прилипшей к губам сморщенного старика в углу.
Зато Тамил откровенно зевал, жалобно морщась.
— Надо было остаться в клубе, как советовал Рафаль. Я давненько не играл в турку.
— Тебя никто не держит, - с набитым ртом сообщила Динлис.
Тогда князь решил, что от него нарочно хотят избавиться и посматривал вокруг как осторожный хищник. С какой именно стороны выбежит добыча…
Танцовщица в широком цветастом платье откинула занавески у двери и босыми ногами прошла в центр комнаты. На щиколотках ее позвякивали украшения. Большие пальцы маленьких ступней были алыми, а остальные выкрашены в желтый цвет.
Без покрывала на лице девушка выглядела почти ребенком, но хорошо развитая грудь и широкие бедра заставляли в этом усомниться. Не глядя на притихших гостей она начала странный танец, движения которого походили на плавные изгибы змеи, ползущей между скал.
Девушка прищелкивала языком и шипела, сбрасывая с себя очередное покрывало. Длинная коричневая коса ее словно прилипла к смуглой спине и чуть покачивалась ровно меж ягодиц, когда плясунья встала на колени и запрокинула голову, вибрируя всем телом.
— Можно взять ее на время? – вполголоса спросил Тамил безмятежную Динлис.
— Конечно.
— Чем здесь расплачиваются?
Алейша не стала дослушивать пояснения сианки и порывисто обратилась к Амирхану.
— Я хочу уйти, у меня кружится голова от дыма. И в этой музыке я ничего не понимаю. Здесь тоскливо и жутко.
